Ди усмехнулась — Рэйз даже об этом подумал, оставил записи, на которых его нельзя опознать, чтобы факт проникновения на территорию больницы можно было доказать. Заботливый, гад.

— Ди! — прикрикнул на неё мужчина, замечая, что она его не слушает. — Я говорю, езжай домой.

— Ладно, — безвольно кивнула девушка, вставая с лавки и двигаясь в сторону выхода. Мир словно заволокло серым туманом — он поблёк, истёрся, и скользил вокруг бессмысленным водоворотом событий, на которые она не могла повлиять. Имеет ли её жизнь хоть какое-то значение? Меняет ли хоть что-то? Хоть кто-то заметит, если она вдруг исчезнет? Надо было проверить, и сидя в машине девушка набрала номер. Гудок. Второй. Третий. Четвертый. Надежда утекала сквозь пальцы с каждым звуком в трубке, но ей всё же ответили.

«Ди, погоди минуту», — голос перекрикивал орущую на заднем фоне клубную музыку, и она послушно ждала, пока не стало тише. Когда вместо шума раздался звук ветра, Нэрон продолжил. — «Извини, мы тут день рождения друга отмечаем, поэтому так шумно».

— Отвлекаю? — поинтересовалась девушка, пробуя на прочность эту ниточку. Сможет ли она связать её с реальностью или слишком тонка и не удержит?

«Нет, конечно, ты чего? Как твоя работа? Успеешь закончить до выходных?»

— Уже закончила.

«Правда? Может тогда приедешь?» — сказал он с такой надеждой в голосе, что Ди невольно ухмыльнулась. Он невероятно открытый. Слишком импульсивный, но может это и неплохо? Может именно такой человек нужен ей, чтобы вылезти из раковины, в которой она прячется от всего мира?

— Нет, Нэр, я слишком устала. Но я тут подумала…

«О чём?» — настороженно спросил парень.

— Поехали кататься на лыжах.

«Отлично. Рад, что ты передумала, — весело ответил он. — Заеду за тобой утром в субботу».

— Я буду ждать. Ладно, веселись, а мне и впрямь надо отдохнуть.

«Позвоню тебе завтра?»

— Конечно. Пока, — ответила Ди, откладывая трубку в сторону. Он не сказал о любви, и она была благодарна за это — ей нужно было время, чтобы поверить. Пока что эти слова казались ей слишком наивными и пустыми, скорее намерения, чем реальные чувства.

Отдохнуть не выходит. Она долго пялится в потолок, пытаясь уснуть. Ещё достаточно светло, чтобы можно было рассмотреть трещины в штукатурке и едва заметные жёлтые разводы после прошлогоднего потопа. Эта квартира стала ей родной. Собрала по крупицам её страхи и нервы, пережила сотни бессонных ночей, покрывалась пылью вместе с её душой. Но ещё никогда не казалась ей пустой. До этого момента.

Дикое ощущение одиночества медленно сводит её с ума. Солнце садится, сумерки раскрашивают воздух в оттенки серого, сердце стучит всё сильнее, накатывает приступ паники. Чего она так боится? Своего нового врага? Или того, что он пытается стать ей другом? Мысли путаются. Как разобраться в том, что хорошо, а что плохо? Может ли он и впрямь о ней заботиться, и имеет ли она право чувствовать за это благодарность? Ах, вот что её гложет. Благодарность. Она рада, что он стёр кусочек её прошлого. И ей должно быть стыдно.