— Ну а теперь, когда мы наконец остались одни, можно и поговорить, — заметил механический голос. Он явно изменял его с помощью какого-то устройства в своей маске. — Чтоб ты знала, здесь теперь стоят камеры. Я видел, что ты пришла.

Он указал на монитор, а Ди продолжала молча его рассматривать, пытаясь запомнить хоть что-то — манеру поведения, движений, разговора. Серая толстовка с капюшоном, спортивные штаны, кроссовки, маска, горнолыжные очки, тканевая шапка, перчатки. Даже полоски кожи не разглядеть, а комплекция умело скрывается мешковатостью одежды, хотя заметно, что тело натренировано. Выглядел он здоровым, широким, но не полным. Что это? Бронежилет под одеждой?

— Судя по тому, что я слышу по полицейской частоте, у нас осталось минут пятнадцать, чтобы пообщаться. Не молчи, я так давно ждал встречи.

— Ты служил в армии, — сказала Ди, просто чтобы увидеть реакцию — это и так было очевидно. Она, конечно, не Рэмбо, но то, как он отобрал у неё пистолет и скрутил за считанные секунды — так работают профессионалы.

— А ты попадаешь в десятку с двадцати пяти метров без промаха, — усмехнулся он.

— Следишь за мной?

— Присматриваю.

— Зачем?

— Потому что мне так хочется, Аоин.

— Меня зовут Ди, — машинально поправила его девушка.

— Ах, да, извини. У тебя почти так же много имён, как у меня, но я думал, будет лучше назвать тебя тем, которое дала мать.

— Моя мать мертва.

— Ты словно винишь её в этом.

— А ты словно пытаешься залезть в мою голову. Зачем тебе моя история болезни?

— Ты об этом? — он поднял вверх папку и помахал ею в воздухе. — Хотел лучше тебя узнать.

— И много нарыл?

Мужчина раскрыл документы и с преувеличенным вниманием вгляделся внутрь.

— Диана Спелроуз, биполярное расстройство второго типа, — прочитал он. — У пациента наблюдаются смешанные признаки гипомании, длительные периоды депрессии, суицидальные наклонности, бессонница, приступы мигрени… состояние усугубляется нежеланием следовать указаниям врача, принимать назначенные препараты… в анамнезе присутствует психологическое насилие со стороны отца…

— И что? Думаешь, покопался в этих бумажках и всё обо мне знаешь? — процедила сквозь зубы Ди.

— Ты провела здесь полгода, — мужчина захлопнул папку, достал из кармана зажигалку и подпалил её край. Девушка удивлённо выгнула брови, наблюдая, как её старые страхи старательно пожирают языки пламени.