Я откинула волосы назад.

— Что случилось с твоей головой? — ахнула Эйдс.

— Я ей ударилась.

— Ты ей ударилась? — повторил Нэш.

Нолан оттолкнулся от столешницы и подошёл ко мне.

— Обо что?

Я опустила глаза.

— Это неважно.

— О ружьё, — сказал Лиам.

Я бросила на него сердитый взгляд. Ему, правда, надо было сейчас об этом рассказывать? Мои братья и так уже жаждали чьей-то крови. Теперь они могли начать жаждать крови уже двоих людей.

Нолан застыл.

— Ружьё?

— Да, ружьё. Не могли бы мы прямо сейчас сосредоточиться на главной проблеме? Ваша жажда крови…

— Чьё ружьё? — прохрипел Нэш, который так крепко сжал руки в кулаки, что его костяшки побелели, и на них выступила коричневая шерсть. Так же как и на его жилистых предплечьях.

Эйделин обхватила руками его лицо и заставила посмотреть на неё. Шерсть медленно исчезла в его порах.

Шторм, который был потрясён всем этим гневом, которым кипела атмосфера в помещении, завизжал и начал протягивать ручки к моей тарелке с макаронами.

Я порезала ему ещё немного макарон и положила на его поднос.

— Я приехала навестить Бейю сегодня утром вместе с Майлсом, и мы наткнулись на Лиама и Лукаса в волчьем обличье. Майлс испугался и достал ружьё.

— И он ударил тебя им?

Нэш вскочил со своего стула. Зря только Эйдс его успокаивала.