— И что будем делать дальше?

— Пока не знаю, для начала стоит осмотреться повнимательней.

— Хорошо… Что это? Слышите?

— Ты о чем?.. — недоуменно посмотрел на меня Эж.

— Мне показалось, что я услышала чей-то голос. Глухой, чуть слышный…

— Тебе послышалось. Лично я ничего не заметил.

— И я ничего не слышала… — чуть растерянно произнесла Лидия.

— Возможно, мне и верно, послышалось… — согласилась я. — Хотя… Тихо!

Мы замолчали, вслушиваясь в окружающие нас звуки, но до нас доносились только обычные лесные шумы и голоса птиц. Минута, другая — и я уже поневоле готова была признать свою оплошность, но в этот момент до нас донесся глухой звук — такое впечатление, будто кто-то вдали бьет по дереву, причем звук доносился со стороны сгоревшего дома. Переглянувшись, мы с Эжем направились к сгоревшим бревнам, попросив Лидию не двигаться с места — неизвестно, что мы можем отыскать внутри.

Точно — звук доносился из-под обгоревших бревен, лежащих внутри дома. Стоя подле сгоревших стен, мы хорошо расслышали, что некто стучит чем-то тяжелым по дереву. Если в доме есть подпол, то, скорей всего, звук доносится именно оттуда — похоже, некто во время пожара спрятался в подполе, хотя лично мне непонятно, зачем туда нужно было забираться, и как там можно было уцелеть. Делать нечего: переглянувшись, мы с Эжем стали растаскивать бревна, хотя это было непростое дело, и к тому же очень скоро мы измазались с головы до ног. Лидия смотрела на нас со стороны, не подходя близко, но я особо не опасалась, что на поляну забредет какой-то из здешних хищников — запах гари хорошо отпугивает зверье.

У нас ушло немало времени на то, чтоб расчистить пол в обгоревшей избушке, и посреди пола я увидела железное кольцо, закрепленное в полу — точно, там вход в подвал. Плохо то, что стоило с силой потянуть за это кольцо, как оно оказалось у нас в руках — пожар сделал свое дело. Сама крышка была настолько плотно подогнана с полом, что не было возможности просунуть лезвие ножа в почти невидный зазор по контуру, и уж тем более у нас не было возможности выламывать петли. Надо сказать, что с того времени, как мы стали растаскивать обгоревшие бревна, стук из подвала донесся до нас всего однажды — кажется, тот, кто сидел в подвале, не хотел нас отвлекать, или же отчего-то не решался вновь дать знать о себе.

— Эй, ты там живой?.. — Эж постучал по люку. — Можешь вылезать, мы бревна растащили!

Ответом была тишина, и, выждав какое-то время, Эж вновь застучал по дереву:

— Чего молчишь? Ты нас слышишь? Голос подай!

Внизу по-прежнему молчали, и разозлившийся Эж рявкнул: