Ренар тихонько рассмеялся, склонился и оставил медленный нежный поцелуй на моих губах. И у адептки Государственной магической академии ноги подкосились и голова поплыла, но в чувство привёл громкий хмурый голос успевшего вернуться, а, может, и не уходящего никуда стража:

– Ничего, теперь все мечтают другую гадость упокоить, и тот, похоже, тоже теперь бессмертный! – на последних словах Доай перешёл на рычание, от которого задрожала земля и я.

Но Ренар даже не заволновался, однако меня обнял крепче, успокаивая. И я действительно успокоилась, вновь перевела взгляд с леса на его лицо, заглянула в глаза и… забыла, как дышать.

Чувство абсолютного счастья накрыло стремительно и основательно, закружило, лишая ощущения собственного тела и унося куда-то далеко-далеко, туда, где были только мы с ним, где…

– Лия! – громкий, искренне радостный крик.

И устрашающие тёмные деревья вдруг содрогнулись! Натурально! А потом вытащили корни из земли, частью их, как руками, подхватили землю с травкой и цветочками, которая у широкого ствола была на подобие юбочки, и, высоко вскидывая остальные корни, поспешили сбежать!

И я увидела её.

Моя любимая единственная лучшая подруга Каррин Энжеро, дриада по происхождению, бытовой маг по упрямству, потому что на бытовика она из упрямства вопреки воле семьи пошла… Так вот она бежала к нам! Распущенные зелёные волосы волной колыхались за спиной, на голове так изумительно идущий ей венок из белых цветов, платье… откровенно странное, но такое красивое и так невероятно смотрящееся на Рине! Обнимающая грудь плотная зелёная ткань, такая же юбка от бедер до колен, а вот шея, живот и ноги прикрыты лишь полупрозрачной светло-зелёной вуалью, концы которой длинным шлейфом летели за дриадой.

Я выскользнула из объятий Ренара, шагнула к светлому, залитому солнечным сиянием, цветущему, благоухающему и поющему голосами птиц лесу, который больше не скрывала стена чёрных деревьев, и через мгновение оказалась сжата в крепких объятьях, от которых кости затрещали.

– Лия, Лиюшка! – Рина была мне искренне рада, от переизбытка эмоций вся дрожала и подпрыгивала. – Как же я тебе рада! Как же я соскучилась!

– Рина! – я едва не плакала, пока дриада целовала меня в щёки.

И мне вспомнилось то нападение, наша последняя встреча с Каррин, то, как её унесли порталом в городской госпиталь… И плакать хочется! От страха и от облегчения, что жива, что с ней всё хорошо, что…

– Рина, – я девушку за голые плечи взяла, от себя отодвинула, с тревогой в её большие зелёные глаза посмотрела, – а ты почему здесь, а не в госпитале?