В первом же попавшемся ящике стола, я нашла бутылку с земным виски, повертела... Знаю же – не поможет, только опьянею в доску и вляпаюсь опять во что-нибудь. А мне на сегодня хватит дерьма.

Вообще надо мыслить позитивно, да. Ей пофиг на это тело? Ну и пожалуйста! Чего я, собственно, расстраиваюсь? Я теперь редкостная красотка и могу с этим делать что пожелаю. Перестать хранить чужую девственность, например...

Раз-вле-кать-ся!

Но для начала я вернулась в свою комнату, все же прихватив с собой бутылку. Завидев меня, спящий на кресле Фрай, лениво поднял голову и едва заметно махнул хвостом. Он любил меня, как мне казалось, понимал, что я и есть его настоящая хозяйка. Но каждый раз, когда видел Эби в моем теле – бурно радовался, и это в глубине души меня тоже неприятно цепляло. Хотя я сама хороша... даже не знаю, кто больше времени занимается собакой – я или Эйнар...

Виски я все-таки хлебнула – небольшой обжигающий глоток прямо из горлышка. Более, чем достаточно, чтобы опьянеть.

Дверца шкафа с зеркалом была до сих пор приоткрыла, и я зацепилась взглядом за свое отражение. Полюбовалась. Даже стандартная, любезно выданная со склада косметика, была качественной – никакой потекшей туши, несмотря на эту слезливую истерику. Зато аккуратный узелок на голове стал похож на пучок соломы. Я не спеша избавилась от всех заколок, распустила волосы – длинные, красивые... такие неудобные.

Пора уже было это исправить. Мое же, черт побери, тело.

Ножниц или хотя бы просто ножа под рукой не оказалось. Зато была магия. Материализация стали – не мой конек от слова совсем, но при упорстве и желании, кое-что могу... создать, например, лезвие из льда – тонкое, крепкое, острое. Нереальное с точки зрения земных физических законов, но отлично справляющееся с тяжелыми белыми прядями.

Прикусив губу, не отрываясь от своего отражения (какие у меня сейчас глаза ненормальные!) я методично лишала волосы длины. Хотела воссоздать свою собственную прическу, но не очень-то получалось. Еще бы – самой себе делать, без ножниц и без умений стричь. Еще и руки дрожали. Закончив, я обессиленно села на пол, в кольцо из срезанных белоснежных локонов.

Запал прошел, и я почувствовала себя полной дурой. И полнейшим чучелом. Это только в фильмах при символическом обрезании волос подручными средствами у девушек автоматически появляется идеально подходящая стрижка. А я умудрилась даже этот совершенный облик испортить.

Я все умудрилась испортить.

Зачем только прицепилась к ней с этим Фрино?  Зачем только оправдала ожидания и наорала? Нужно было мягче действовать. Сделать вид, что приняла ее выбор, и аккуратно, постепенно убедить в совершенной ошибке... А еще лучше  –   убедить себя, что не стоит в это лезть, что Эби способна жить и без моей сомнительной опеки. Объяснить ей, как важен для меня дом, почему я так не хочу оставаться в этом теле. Объяснить, что Хоук не стал бы так со мной возиться и учить магии, если бы хотел сделать просто бесправной женушкой-роженицей. И этот бред про бордель... Ведь Эби знала Хоука не многим лучше, чем я – Фрино, и не понимала, что я в нем нашла...