Да, он инквизитор. А я ведьма, которая никому и никогда не сделала ничего плохого. Мне незачем его бояться.
— Герберт, вы надо мной издеваетесь, — вздохнул мой будущий муж, усаживаясь на свободный стул, и я подумала, что даже не хочу знать имя того, с кем подпишу брачный договор. — Ведьма?
— Курт, а чего вы хотите? — ответил чиновник вопросом на вопрос, протягивая инквизитору бланк договора. — Какая это у вас уже, пятая?
— Седьмая, — пробормотал инквизитор, и я едва не схватилась за голову. Куда он дел своих предыдущих жен? Зачем ему так часто вступать в подобные браки? Мелькнула отчаянная и безнадежная мысль: подняться отсюда, сбежать, придумать другой способ спасти Мию — но двух крон было жалко, да и не спасти ее просто так…
— Ну вот. Вы оба в отчаянии. Так что незачем капризничать, берите, что дают. Скоро и такого не будет, с вашей-то репутацией.
Курт презрительно фыркнул, и я не выдержала:
— Я тоже, знаете ли, не в восторге от вас!
В ту же минуту невидимые пальцы стиснули мое горло, и, почти падая в обморок, я вспомнила: заклинание Незримой петли, этакий совет закрыть рот и не открывать его без спроса.
— Меньше всего я хотел жениться на ведьме, но выхода нет, — с нескрываемой язвительностью произнес Курт. — Подписывайте! У меня сегодня еще есть дела.
Глава 2
Глава 2
Я работаю с ведьмами всю жизнь, но никогда не думал, что одна из них станет моей женой. Это было похоже на какую-то дурную шутку.
Впрочем, Герберт прав, и я не в том положении, чтобы перебирать харчами. Надо было брать, что предложили, и благодарить Бога за то, что моя седьмая жена появилась настолько быстро.
Силы почти покинули меня, когда я вошел в кабинет. Нос вновь наполнило болью, и я подумал, что кровь, которая сейчас из него хлынет, сможет произвести впечатление. Инквизитор с окровавленным лицом — что способно напугать отчаявшуюся ведьму еще сильнее? Надо же, я едва держусь на ногах, но еще могу шутить…
Девушка и правда была в отчаянии. Решительная, прямая, словно натянутая струна. И хорошенькая. Каштановые волосы, заплетенные в две косы, круглое кареглазое лицо со вздернутым носом и огненные бесенята во взгляде — такие барышни сокрушают сердца и верят в любовь.
А эта… Майя, Кайя, как бишь ее, в любовь не верила. Ей нужно было сделать дело.
Как и мне.
— Итак, — Герберт, чернильная душа, поднялся из-за стола, и мы с моей седьмой подругой жизни тоже встали. — Мы собрались здесь, чтобы властью, данной мне его величеством Дитрихом, заключить священный союз двух сердец. Если кто-то знает причины, по которым этого брака не может быть, то пусть скажет сейчас или молчит вечно.