Стоило ему упомянуть переворот, как зал оживился. От лица Джениса и вовсе отлили все краски. Он склонил голову и уперся руками в трибуну перед собой, будто ему было тяжело стоять.

— Я говорю про тот самый переворот, когда Тироль Демортен был покалечен, а Грегор Монталь убит! Когда Совет Красных Кресел пошел на сговор с убийцей и безумным исчадием ада. На страшный сговор!

— Хватит, — снова попытался вмешаться Дженис, так и не поднимая головы, но его уже никто не слушал.

— Дамиан Хорелл, бывший глава Объединённых Земель, после поединка с Тиролем направился в дом Монталей. Меня он не тронул из— за болезни, которая медленно сжирала мой организм. И он хотел, чтобы я мучился после смертей моих друзей. В доме он избил молодую жену Грегора за то, что та сопротивлялась. А когда мой друг заступился за жену, хладнокровно убил его прямо у нее на глазах. Жуткое зрелище.

Я стояла рядом и впитывала каждое слово. Он был там! Видел, как Властелин убил моего отца.

Кристиан прижал к себе, но даже его тепло и забота не могли заглушить ту боль, которой были пропитаны слова, прогремевшие в полном зале.

— Когда я приковылял на своих плохих ногах туда, где он лежал, то увидел кровавую баню. Рори прежде, чем потерять сознание, указала на потайную дверь в коридоре. За ней все это время скрывались служанка и их маленькая дочь, — теперь все смотрели на меня, и уже никто не сомневался, что я дочь Грегора. — По словам служанки, госпожа дала ей указание и деньги, чтобы та спрятала малышку в монастыре столицы. С помощью Всевышнего я отправил бедняжку, куда указала хозяйка. Рори спрятал в Сауткроссе, чтобы поправлялась. А Грегора пришлось хоронить мне одному, в тайне.

Значит, вот кто принес меня в монастырь! Служанка моих родителей по ошибке пришла в Белый Дом, который тогда еще не был монастырем, и скоропостижно умерла.

— Рори едва поправилась и сразу же начала искать дочь. Но ни один монастырь не слышал ни про служанку, ни про девочку. За это она меня не простила, — горько добавил он и в этот раз вытер с лица слезы. — Я посчитал своим долгом все это внести в архив семьи Монталь. Что и сделал, после чего нанес охранную печать. Но то, что я отошел от дел, не значит, что я ослеп! Совет в сговоре с Дамианом!

Советник провёл дрожащими руками по волосам. Затем ещё раз. И ещё. Я не понимала, в чём дело и почему мой взгляд так сфокусировался на его руках. Всевышний… Это он… он… он! Я помню это коричневое пятно на правой руке… От проснувшихся воспоминаний мне нехватало воздуха!

— Это он отдал меня Властелину, — закричала я, не узнавая собственный голос. — Он всё знал про полуостров.