Тот подскочил и бросился к двери. Рукава темной форменной рубашки задрались, и я увидел синяки на руках парня. Бьет его Тейнер, что ли? Не мое, конечно, дело, но с этой твари станется. Дверь с грохотом закрылась.

– Запугали вы воспитанника, магистр, – сказал я, разворачиваясь к Тейнеру.

– Ему полезно, – ответил тот. – Так что у вас за дело, Вейран?

– Три трупа, – коротко сказал я. – Темные маги, поля разрушены. Знакомая картина?

– Понятия не имею, о чем вы.

– О том заклинании Лианы Варне, которое она использовала на мне. Но я живучий. А эти трое, видимо, нет. Давайте будем откровенны, магистр. Я не думаю, что это ваших рук дело.

– Вот уж спасибо, – хмыкнул Тейнер. – Обрадовали.

– Я серьезно. Но уверен, что вы знаете, кто может оказаться убийцей.

– С чего бы вдруг? – поинтересовался магистр.

– А с того, что вы знаете окружение Лианы Варне куда лучше меня. Это ведь вашей любовницей она была.

– И вашей тоже, – гаденько усмехнулся Тейнер, а я едва сдержался, чтобы его не проклясть.

– Я бы поспорил, но к чему?

– Вот именно, к чему, если у вас общий ребенок? Кстати, на вас похож, граф.

– Плевать.

– Не сомневаюсь. Так вот, я понятия не имею, кто убивает магов. Более того, мне это даже неинтересно. Меня сейчас куда больше занимают другие вопросы. А вы бы, граф, вместо того чтобы бегать по городу, высунув набок язык, уделили внимание жене и детям. Уверен, они по вам скучают и расстроятся, если с вами что-то случится. А уж как вы расстроитесь, если что-то случится с ними.

Не знаю, какой демон меня дернул, но в следующее мгновение я уже сжимал темной петлей шею Тейнера. Магистр хрипел, пытаясь вдохнуть воздух. Я чуть ослабил хватку и прошипел ему на ухо:

– Вы клялись, что никогда не причините вреда никому из Вейранов, магистр. Хотите обойти клятву? Попытайтесь. Вот только есть вещи пострашнее последствий магической клятвы. Если я увижу вас или хоть кого-то из ваших прислужников рядом с моей семьей, клянусь, вы пожалеете, что дожили до этого дня.

Убрал петлю и сел на место, стряхнув с сюртука пылинки. Тейнер надсадно закашлялся.

– Ты псих, Вейран! – просипел, когда обрел возможность говорить. – Ты хоть понимаешь, что я могу немедленно приказать тебя повесить?

– За что? – поинтересовался я.