Да, но после этого сам ты на быструю смерть мог бы даже не рассчитывать.

Я повернулась в кресле, встречая нацеленный на меня, кроваво-красный взгляд. Мне захотелось отпрянуть, потому что от такого пристального внимания создавалось абсурдное впечатление, что мужчина находится ближе, чем был на самом деле.

— Хочешь знать, что ещё я мог сделать прежде, чем успела бы отреагировать охрана? — спросил тихо Дис, и я «догадалась», к чему он клонит.

— Убить меня? Похитить? Использоваться в качестве заложника? Сделать рабыней?

У него было столько вариантов… Даже больше, чем я думала.

— Поиметь там, где увидел, — подсказал Дис, и я тяжело сглотнула мятную сладость.

О.

Это был самый очевидный ответ, конечно, но я всё равно была потрясена: его желанием, тем, что он признался. Пусть мне не раз намекали на его неравнодушие все кому не лень, услышать это от него лично в подобной форме, да ещё сразу после того, как я пообещала отдаться другому…

Он хотел меня поиметь?

Дис не выглядел романтиком, способным долго добиваться женщины, так что, думаю, в прошлом всё так и происходило: он имел их там, где видел. Правилами приличия Цитры, наверняка, это не возбранялось, а привилегии чемпиона позволяли ему быть бесцеремонным.

Мне вдруг стало любопытно, каким он был во времена буйной юности: раб, который богаче, известнее и любимее некоторых господ. Но что меня интересовало сильнее… почему ещё один совершенно неподходящий, опасный, нестеснённый в выборе любовниц мужчина, говорит мне это?

— Это была бы самая нелепая смерть, какую только можно для тебя придумать, — рассудила я, хотя собиралась просто выставить его за дверь. Скажи он это мне вчера, я бы так и сделала. Но ведь сегодня я решила объявить войну собственным страхам, так что стоило хотя бы выдержать этот разговор. — Только что я думала, что ничего нелепее покушения на наследника Нойран не придумать, но нет, насиловать младшего члена их семьи, рискуя жизнью — это даже для такого самоубийцы чересчур. Ты ещё безумнее, чем показался мне поначалу.

— Сказать, какой мне показалась поначалу ты? — спросил Дис, и я предположила, что не менее сумасшедшей. — Я изучил личные дела всех в Нойран. Я видел твои фотографии. Ты на них была обрита под ноль и в одежде, которую не всякий парень на себя напялит. А потом я оказался на том пляже и увидел, как ты выходишь из воды…

— Не признал меня без мальчишеских шмоток? — догадалась я, перекатывая конфету во рту.

— Я решил, что ты — его любовница, — хрипло ответил Дис. — Вот как ты выглядела. Как избалованная, сумевшая его соблазнить, требовательная штучка. Как женщина, перед которой не устоял даже самый главный ублюдок Тавроса. Ещё бы, такая фигура… длинные ноги, стройные бёдра, красивая грудь, сладкие губы…