— Ладно, хватит с него.

Дис остановился, но не отступил.

— Зачем тебе этот вороватый, трусливый, хнычущий кусок дерьма? — прорычал он, явно взбешённый этой ситуацией.

— Мы это уже обсуждали.

— Обсудим ещё раз, но не здесь, — решил Десница, жестом приказывая вернуться в машину. — Оставь его и поехали на базу.

— Они ведь его убьют.

— Если не они, то я. Придурок меня в конец достал.

Я отвела взгляд. Он что, забыл, что я уже заплатила ему за Раска? Чего ему ещё надо?

— Ты не понимаешь…

— Хватит повторять, — процедил Десница. — Чего именно я не понимаю? Что ты хочешь стать для кого-то тем, кем стал для тебя Индра? — выдал он. — Думаешь, это каким-то образом искупит твой долг перед ним и оправдает твоё предательство?

Я просто опешила.

— Предательство?! — повторила я глухо. — Я никого не предавала!

— Но предашь. Тебе придётся сделать выбор однажды. И не говори, что никогда не думала об этом. — Его голос звучал напряженно, но без прежней злости. — Ты не сможешь вечно играть на два фронта. Либо Нойран, либо Децема. Тебе лучше решить это здесь и сейчас, раз случай представился.

«Либо Индра, либо я», — вот как это прозвучало на самом деле. Похоже, кружевной комплект подошёл мне намного лучше, чем я думала. Как ещё объяснить внезапную эмоциональность Десницы? И то, что он перевёл разговор в столь интимное русло — здесь, при таких свидетелях.

— Ты конкретно опоздал с этим, — ответила я. — Я уже решила всё четыре года назад на этом самом месте. Если бы ты задал этот вопрос тогда, я, может, и ответила бы иначе. — Поразмыслив, я добавила: — Хотя, судя по тому, что о тебе тут говорят, ты вообще не стал бы со мной болтать.

— Конечно, нет, — согласился Дис, явно намекая не на убийство. Но я пропустила это мимо ушей.

— Так может в этом и дело? Это место наверняка нагоняет ностальгию и на тебя тоже. Скольких ты тут порешил? У тебя ведь поэтому так руки чешутся Раска прикончить?

— Ну да, у меня же недостаточно разумных причин это сделать.

— Пофиг. Не трогай его. Он не станет одним из тех бедняг, которых я должна была спасти, но не смогла.

Дис обвёл взглядом окрестности без тени раскаяния.