– Говорить я не обучен…

– Обманул, значит? – Рихард оскалил белоснежные зубы, будто и правда собирался откусить менестрелю голову.

– …я умею только петь, – закончил музыкант. – Поэтому спою.

Он поудобнее устроил лютню на колене и запел приятным баритоном, простенькую песенку вроде тех, которые поют вилланы, когда выпьют лишнего. Певец начал с места в галоп и с первых же строк поведал королю и придворным, что есть на свете прекрасная девица, у которой кожа золотистая и румяная, брови и глаза черней ночи, и тьма кудрей соперничает чернотой с чёрным руном, которое ниже живота, что нежней бархата. Но ещё нежнее – алые губы, чей поцелуй разожжёт в сердце солнце.

После каждого куплета повторялся припев – всего две строки:

– Безжалостен огонь прекрасных глаз,

Но разве это остановит нас?

Король Рихард слушал внимательно, по-кошачьи прищуривая глаза, ухмыляясь углом рта, и в такт музыке пристукивая ладонью по колену. Придворные тоже оживились, и кое-кто начал даже вполголоса подпевать менестрелю.

Но когда песня закончилась, король ни разу не хлопнул в ладоши. Прошло несколько томительных секунд, во время которых придворные боялись дышать, а потом его величество проворчал:

– Песенка – дрянь. Если и девица такая же, тебе всё-таки придётся распрощаться с головой.

– Смертные казни запрещены вашей Правдой, – напомнил менестрель.

– А, точно, – лениво протянул король драконов. – Ну тогда ограничимся ушами. Или вырвать тебе язык?

– Пусть песня моя не слишком вам понравилась, – менестрель побледнел, хоть и держался с отчаянной храбростью, – но девица, о которой я пою – выше всех похвал.

– О, так ты вспомнил, что и говорить умеешь? – нехорошо усмехнулся король. – Тогда отвечай, о ком речь. Я знаю всех нынешних принцесс. Но что-то не припомню такой сказочной красотки, о которой ты мне тут врёшь.

– Конечно, вы не слышали о ней и тем более – не видели, – теперь менестрель заговорил торопливо и даже подался вперёд, с готовностью заглядывая королю в глаза. – Просто у принцессы есть брат, который хоть и молод, но дерзок не по годам. Он правит от имени своего престарелого отца, и король слушается его, как малый ребенок. Принц не желает выдавать свою сестру замуж, запер ее в монастыре…

– Монашка? – захохотал король.

– …но на самом деле, – продолжал менестрель, не понимая, откуда такая королевская весёлость, – на самом деле, принц просто прячет это сокровище от драконов. Я сам слышал, как он сказал, что его сестра должна достаться самому достойному мужчине, а он таковых ещё не встречал.