— На правду не обижаются…

В глазах Роксаны я читаю то, что так ненавидела всегда. Жалость. Я, наверное, так и выгляжу. Но если сдамся, покажу, что мной можно помыкать, совсем потеряю себя. Спазмы и раньше были привычным делом после приема холодной крови, но сейчас они будто выворачивают мой желудок наизнанку. Но я выдержу… на то я и королева.

***

Ночи стали холодными. И не потому, что прохладно в комнате… просто нет горячих объятий, к которым я так привыкла.

Два дня я провожу у себя в комнате. Маркус не приходит ко мне. Сначала я радуюсь этому, потом внутри зарождается тревога, сменяющаяся гневом и бесконечными вопросами. Извожу себя дурными мыслями. Может, я не нужна ему? Может, такая я ему и не была нужна никогда? Может, и вправду он ищет во мне лишь королеву и мать своего наследника?

По мере того, как силы возвращаются, во мне снова пробуждаются сильные эмоции. Хочется выместить свой гнев хоть каким-то образом. Я сдерживаю себя, когда приходит Роксана с новым пакетом крови. Она единственная из всех, кто не оставляет меня. Я держусь за эту мысль, хотя она абсурдна. Кажется, мне плевать на все. Только бы мне дали излить злость.

Выход приходит сам собой, когда я беру в руки кисти. Яркие цвета. Несколько холстов. Запах краски пропитывает мои волосы, кожу. Одежда вся покрыта пятнами. Я пахну собой. Бегу от Маркуса. По-своему. Изощренно. «Нельзя себя терять. Нельзя…»

***

Дверь за моей спиной открывается. Я знаю, что это Маркус. Он молчит. Я тоже ничего не говорю. Я не позволю ему мной управлять.

— Я уезжаю, — наконец-то произносит он. «Скатертью дорога».

— Удачного пути.

Вздыхает. Он рассчитывал, что я буду плакать и умолять его остаться. «Как бы ни так».

— Нам надо поговорить, Марианна.

Если он обращается ко мне по имени, это уже серьезно.

— О чем? — спрашиваю я, вытирая кисти. Я и так знаю, о чем он собирается говорить.

— О нас…и наших детях.

Я вздрагиваю. Во мне с новой силой вспыхивает ярость.

— Мне кажется, я ясно объяснила тебе, что ни о каких детях сейчас не может идти речи, — стараюсь как можно спокойнее произнести я, но в итоге срываюсь. — Я не готова, Маркус! Меня дрожь пробирает от одной только мысли об этом!

На мои плечи ложатся горячие ладони. Я чувствую этот жар даже сквозь свитер.

— Нет. Не надо. Пока ты не пообещаешь мне, не смей ко мне прикасаться!