– Ого! Я думар-р-р, таких бор-р-рьших не бывает! – Мидир не хотел говорить вслух, но вырвалось само.

Возвышающийся над ним Вотыты так же удивленно воззрился на волчонка.

– Ого! А я думал, таких маленьких не бывает!

Мидир оскорбленно вскинулся, собираясь как-нибудь сказать, что он давно не маленький!.. И тут папа засмеялся. Папа смеялся редко, но зрелище было завораживающее, а смех – заразительным, поэтому Мидиру совсем расхотелось сердиться на глупого белого волка.

– Ну вот и молодцы, – папа вытер выступившие слезы. – Договорились. Киринн! – Вотыты встал навытяжку. – Позаботься о том, чтобы Мидир осваивал войсковую науку вкупе с наукой командования войсками. И если я услышу хоть об одной подгрызенной ножке, тебе несдобровать!

– Слушаюсь, мой король! – гаркнул Вотыты очень браво. – Когда прикажете приступать?

– Прямо сейчас! Мидир! Миди-и-ир!

Пришлось отвлечься от важного – разглядывания меча воина-волка и попытке подползти к ножу на голени.

– Мидир, слава старым богам, ты сообразительный. Теперь будешь учиться у начальника замковой стражи тому, что должен уметь и знать будущий военачальник. Отнесись к этому серьезно! Прием окончен. Иди с ним!

– Хор-р-рошо, папа, а где начар-р-рьник замковой стражи? С кем я дор-р-ржен пойти? – обернулся во все стороны Мидир, но никто не появился.

– Кажется, я ошибся насчет сообразительности, – в сторону бросил отец, затем посмотрел сначала на Мидира, потом на Вотыты, свел брови, но тут белый волк зачем-то опустился на колено, заглянул в глаза, приблизив к Мидиру очень большую голову. Волчонку захотелось напасть от страха, но он сдержался.

– Мой принц, я и есть начальник замковой стражи. Мое имя Киринн, рад знакомству! – волк снял латную перчатку и протянул руку ладонью вверх, как будто приносил вассальную клятву.

Мидир видел, так иногда подходили к папе или к Мэрвину, только в глаза при этом, конечно, взрослым не заглядывали. Но раз это была клятва… Мидир приосанился, уважительно и серьезно кивнул, устраивая свою кисть поверх широкой ладони волка. Тот поклонился одной головой, а раз уже преклонил колено, то Мидир решил его простить за свой нелепый страх.

– А кого тогда зовут «Вотыты»? Когда ты пр-р-ришер-р-р, папа сказар-р-р «Вотыты»!

Папа почему-то закашлялся, резко встал и отошел налить себе воды из графина. Почему-то вода и Мидир казались подозрительно связанными, хотя второй принц воду в любом виде терпеть не мог.

Киринн в лице не изменился, поглядел в спину короля и шепнул серьезно, чтобы было слышно только Мидиру:

– Это мое секретное второе имя, по нему меня никто не зовет, и никто, кроме короля, не знает, мой принц. Я прошу молчать и вас, – большой волк привстал и для пущей убедительности приложил палец к губам.