Да Джиан представлял собой довольно комичную картину своей растерянностью, хотя конечно, Го Хэну хотелось его обнять. Скорее всего он получил бы за это удар в печень, но… Но Да Джиан был, пожалуй, самым близким другом Чжу Баи. Он единственный попытался съездить и проверить, как там его друг. Он сейчас переживал его смерть так же, как Го Хэн. Так что Го Хэн даже не злился на него — он сам себя ненавидел за все, что произошло. И он понимал, что это другой Чжу Баи. Но и этому Чжу Баи надо было объяснить, что все в порядке, все иначе. Никто не тронет его, тем более тут. Го Хэн защитит его. Раз он в безопасности — даже забирать его прямо сейчас было не обязательно. Просто поговорить. Хотя тот, конечно, тоже слушать не будет.

Некоторое время Да Джиан стоял, глядя обиженно, словно ребенок. Тогда Го Хэн кивнул на своего напарника:

— Он пока за тебя подежурит. Пошли. Оно опасно.

Да Джиан, видимо, вспомнил обо всех детях и стариках, что живут в его доме и что остались с боевым, возможно, андроидом наедине, и решил, что лучше и правда поскорее сплавить опасность Го Хэну и пусть он с ней разбирается.

Домой к Да Джиану отправились на машине Го Хэна, помощника он и правда оставил в патруле. Го Хэну казалось, что на него смотрели с восхищением — только что Да Джиан готов был его убить, и вот уже спокойно садится к нему в машину. Прямо-таки манипулятор…

Но Го Хэн давно знал Да Джиана, к тому же и интерес у них был общий — сделать лучше для Чжу Баи. Да Джиан и раньше понимал, что слишком мягок, чтобы обезопасить друга от всего мира. Го Хэн мог. Они ехали в тишине, и Го Хэна это вполне устраивало, он даже вздрогнул, когда Да Джиан спросил:

— Как он умер?

Го Хэн свернул в переулок, где не горели фонари. На въезде его пропустили спокойно, так же просто выпустят — он тут не только свой, но и герой.

— Меня так заколебали за последнюю неделю спрашивать об этом, — выдохнул Го Хэн. Хотелось курить, но Да Джиан не терпел дыма. Вся их компания была такой идеально, словно не из этого мира.

— О. Страдаешь от того, что напоминают? Незаслуженно, наверное? — спросил Да Джиан, глядя в сторону. Го Хэн выдохнул шумно сквозь зубы, признавая правоту. Ответил:

— Вскрылся.

Он не хотел, но показалось, что он отзеркалил в Да Джиана свою боль, тот тоже поморщился, даже дыхание сбилось. Он больше ничего не сказал, и Го Хэн вместо того, чтобы думать над своим поведением, молился, чтобы так было до конца поездки.

В городе его одолевали воспоминания. Поначалу они с Чжу Баи и его ребятами еще держались вместе, потом Го Хэн понял, что со стаей может сделать то, чего не сможет, засев в городе. Но он продолжал приходить к Чжу Баи. Если его комната напоминала ему о его вине, то город — о счастливом времени. Но это только делало больнее. Из комнаты выхода не было. Из воспоминаний о городе у них было столько возможностей пойти другим путем…