Го Хэн продвигался, но марионетки забрали у него драгоценное время. Когда он дополз до подоконника — за окном было пусто, никого. Сун Линь испарился вместе со своей ношей, и Го Хэн не мог понять даже в каком направлении тот исчез. Го Хэн ощутил, что задыхается. Марионетки все еще цеплялись за него, но около окна хватка их стала слабее, затем и вовсе они отпустили. Тогда до Го Хэна дошло, что и марионетки тоже могут стать ключом к поиску. Он резко развернулся. Он больше не собирался их убивать, только проследить за ними. Марионетки, словно припозднившиеся гости, спокойно вышли из хижины через дверь, а оттуда уже скакнули как кузнечики на деревья. Го Хэн бросился следом. Он мог бежать только по земле, он очень быстро стал отставать, но пытался держать их в поле зрения. Топор он все еще тащил с собой, но вскоре бросил и его, потому что считал, что так побежит быстрее. Очень скоро он выбился из сил, потерял из виду марионеток и обнаружил, что заблудился. Он стоял один посреди густого леса.

 ***

Бэй Чан решил навестить своих подопечных тогда, когда выдался свободный денек. Го Хэн остался в ордене, как и остальные ученики. Им необходимо было прикрыть отсутствие учителя тренировкой.

Бэй Чан вернулся очень быстро. Все, что он брал с собой, он принес обратно, и Го Хэн еще тогда заподозрил неладное. Учитель положил на стол в общежитии свертки с едой и, глядя в пол, пригласил:

— Этот ученик должен сходить со мной к вратам школы. Иначе он отказывается входить.

Предполагалось, что учитель только навестит их, но он привел кого-то в орден… кого-то одного.

Главной проблемой был Чжу Баи. В ордене была его душа, а тело бродило где-то с чужой внутри. К Го Хэну не было претензий, потому что он вернул чужое тело. В орден опасно было приводить именно Чжу Баи, потому что могли изгнать чужую душу как злого духа, захватившего тело. А Го Хэн — к нему не было вопросов. Поэтому можно было догадаться, кого учитель без страха оставит у ворот.

— Где Чжу Баи? — спросил Го Хэн, поднимаясь, чтобы идти с учителем.

— Именно об этом он и хочет рассказать.

Снаружи был дождь, довольно сильный. Почти проливной. За воротами на каменных плитах ступеней на коленях стоял другой Го Хэн. При виде своей копии из этого мира он поспешно поклонился, спрятав лицо. Заклинатель стоял и некоторое время смотрел на него. Сейчас особенно хорошо было заметно, как сильно они различаются. Один из благополучного мира, переживший смерть родителей, но выращенный в достатке и любви. И другой в самых дешевых, насквозь промокших тряпках, униженно пришедший сказать, что не справился.