Эта техника отбирала время жизни у задействовавшего ее мага, поэтому ее старались не использовать. По закону равновесия он проживет меньше на то время, которого остановил. Он пользовался техникой впервые. У его ордена она была, но была и история о том, как один маг попытался остановить время вокруг себя навсегда. Чтобы не погибали его дети, друзья, супруга. Но его близкие и не жили. Когда он отпустил технику лет через сто — рассыпались все, в том числе и он. Это рассказывали как страшилку, в которой маг прожил в окружении живых статуй сотни лет и убил их вместо того, чтобы дать отжить положенный срок. Но Го Хэну нравилась эта техника, нравилась эта история. В его жизни тоже подчас было столько страха, когда казалось, что не выберутся, и лучше замереть на сто лет, чем всех потерять через неделю.

У Го Хэна в кабинете всегда был беспорядок. Он хватался за одну тему, через несколько дней к ней остывал и выбирал другую. Потом убирая на место учебники находил предыдущую тему, возвращался к ней. Или снова откладывал. Книги покрывали весь его стол, на полки были заткнуты как пришлось.

У Чжу Баи же был порядок. Аккуратные стопки листов с записями, книги. В ящиках стола лежали белое перо, чернильница. Все очень аккуратно. И рукописная книга, очень похожая на личную. Го Хэн решил, что если где и искать, то тут, выложил листы на стол, но из-за нервов или по привычке быть неосторожным со своими вещами, книга немного рассыпалась, на столешницу вылетело несколько пожелтевших листов. Го Хэн принялся собирать их, но в одном отличался почерк, да и размер листа был другим. Го Хэн вчитался и замер, словно заклинание времени подействовало и на него. Сначала он прочел, что именно было написано на состарившемся пергаменте, и возмутился: кто-то пытался маскироваться под романтическую поэзию вульгарные пошлости. К примеру, вместо глаз Чжу Баи, как было бы принято, восхвалял в том же тоне его задницу. Вместо желанного взгляда избранника писал о делах совсем пошлых и постельных. Го Хэн забыл, что происходит, и собирался искать наглого сочинителя, который смел в таком тоне подкатывать к Чжу Баи. А потом понял, что сочинителем был он… Он же не всерьез. Чжу Баи тогда было лет шестнадцать, это просто розыгрыш — на праздник, посвященный любви, на который традиционно признавались всем, кого любишь, даже друзьям и родителям, написал Чжу Баи такое письмо, изменив почерк, и подкинул без подписи. Чжу Баи ведь узнал, что это от него. Очень сложно было держать лицо и не спалиться, так что Чжу Баи узнал в тот же день, после чего была небольшая драка и попытки заставить Го Хэна сожрать это послание. Он был уверен, что Чжу Баи его выбросил или сжег. Но лист ровный, выправлен заклинанием из того состояния, в котором его Го Хэн видел в последний раз. Чжу Баи его сохранил… Тупую шутку из их беззаботной молодости.