В носу защипало. Очень много усилий стоило оторваться от этого клочка и вернуться к личным записям Чжу Баи.

Время останавливалось не везде, только в пределах техники. Войти в нее, правда, никто не мог — заклинание выгоняло тех, кого там изначально не было. То есть, если за это время в замок пытались войти, то вдруг оказывались снаружи спиной к двери. Наверняка снаружи уже начинался переполох, к тому же и темнело. Но Го Хэн старался искать без спешки: в личных записях ничего; в книгах, которые читал Чжу Баи, тоже никаких намеков. Но они же были так близко знакомы… Го Хэн должен был знать. Не было ничего, что Чжу Баи мог бы от него утаить. Возможно, кулон или такую записку, но чего-то настолько серьезного, как тайное место — нет.

Это не в замке, потому что замок придут проверять. Это не очень далеко от него, потому что нужно было в случае опасности оперативно появиться там.

А потом эта ситуация напомнила ему другую, и в голове щелкнуло… Он уже искал так Чжу Баи. Своего.

Во время войны родители Чжу Баи готовились участвовать в сражении, и потому спрятали наследника. Одного. Никто не знал, где он, а родители его погибли, Чжу Баи мог оказаться заперт, мог остаться без еды, в неведении. Весь орден был в панике. Главы никому не рассказали о местонахождении сына, боясь, что под пытками слуги выдадут его. Или отправятся за Чжу Баи слишком рано, когда опасность еще не минует.

Чжу Баи должен был предупредить кого-то, где его искать, если некому будет его забрать или сообщить, что все закончилось. Вход туда был заперт, и Чжу Баи не смог бы сам покинуть то место. Из всех преданных слуг, друзей, верных союзников родителей, поддерживающих его орден, других орденов — из всей этой толпы только Го Хэн вскоре после того, как Чжу Баи отправили, нашел у себя неподписанное письмо. Там было только имя получателя. Внутри оказалась головоломка, у Го Хэна неделя ушла на то, чтобы ее разгадать и отыскать Чжу Баи. И хотя письмо у него было с самого начала этой истории, искать он начал только убедившись, что возвращаться безопасно.

Загадки из письма привели его к дому на окраине леса. Помогли открыть барьер из-за которого место и не было видно. Внутри оказался небольшой дом на два этажа с просторной террасой на втором, небольшим огородом вокруг. Дом выглядел свежим. Кажется, главы ордена построили его как раз перед началом войны. Возможно, они знали, к чему все идет. Сама война тогда была в самом разгаре, и Го Хэн малодушно подумал, что это такое прекрасное место — тихое, уютное, приятное. Подумал, что было бы неплохо спрятаться ото всех и закрыться тут навсегда вдвоем. Но тогда в голову полезли все те обязанности, которые нужно было сделать срочно, уже сегодня, другие срочно завтра, третьи к концу недели… Нужно было просто забрать Чжу Баи оттуда. Вечерело, холодало, но несмотря на это Чжу Баи в легкой рубашке возился в огороде. Кажется, сажал что-то. Конечно, он заметил прибытие гостя и поднялся, напряженно вглядываясь. Го Хэн не сразу понял: здесь должны были оказаться либо родители, либо Го Хэн, и в зависимости от того, что сбылось, Чжу Баи осознавал, что произошло снаружи. Поэтому он и не выглядел радостным, хотя они месяца два уже не виделись. Более того, Чжу Баи выглядел так, словно едва держался, чтобы не плакать. Он даже улыбаться пытался, но улыбка постоянно сползала с лица. Наконец он не выдержал — когда Го Хэн был рядом с ним, Чжу Баи отвернулся, пытался успокоиться. Го Хэну много чего хотелось, но пришлось взять себя в руки и просто стоять, ждать.