– Айзек… – Мой тихий стон перебивал шум водяных струй, бьющихся о пол.

– Здесь становится холодно, детка. – Его дыхание разбилось о мою шею. – С водными процедурами нужно заканчивать. Нам пора в каюту.

Его руки сжали меня в тисках. В поясницу уперлось нечто, что заставило покраснеть и опустить взгляд.

Жарко, и холодная вода не спасала.

Смущение нарастало. Прикусив губу, зажмурилась. Понимала, что это глупо, но ничего с собой поделать не могла.

Я ощущала силу его желания и робела под ее натиском. Мой мужчина оказался просто огромным.

Потянувшись, Айзек перекрыл воду и резко поднял меня на руки. Не ожидая такого, взвизгнула и обняла его за шею.

– Куколка, да у тебя щеки горят.

Смутившись еще больше, спрятала лицо на его плече.

– Ты такая ранимая, – шепнул он мне в волосы. – Мне безумно нравится держать тебя в объятиях. Твоя нежность сводит с ума…

– Ты это только сейчас понял? – произнесла я первую нелепицу, что пришла в голову.

– Нет, моя принцесса. Я это сразу понял. Когда ты вошла, как напуганный воробышек, я словно удар под дых получил. Никогда со мной такого не было. Ты смотрела на меня своими необычными глазами, а в них было столько страха и неуверенности. Красавица. Так и подумал, возьму эту малышку на борт, и я пропал. Собирай потом осколки своего разбитого сердца по полу.

– Я бы никогда его не разбила. – Взглянув на мужа, не удержалась и провела подушечками пальцев по его заросшей щетиной щеке.

– Я бесконечно этому рад. – Повернув голову, он поймал мои губы в свои. – Как же я люблю тебя, детка.

Его вкус… Солоноватый…

Его язык дразнил. Скользнув в мой рот, прошелся по нёбу, внутренней стороне щек. Поцелуй становился глубже. Давление внизу живота усиливалось. Ерзая на руках мужа, я не знала, о чем его просить. О чем умолять.

Дыхание одно на двоих. Но даже так нам не хватало воздуха.

Стоны эхом отражались от стен.

Его вкус… сплетение языков…

– Айзек, – взмолилась я, ощущая, как влажно становится между бедрами.