Непонятно ведь? Но Мариса, услышав про «скоро освободить», в душе возрадовалась, что бы это ни означало. Освободить – это выпустить из тюрьмы! И в чём тут может быть несчастье?!

– И вот это… – Алфин посмотрел виновато и положил на стол ещё одну бумагу-объявление, сорванное в городе, портрет Марисы там был получше, а написано то же самое.

– Спасибо, Алфин! – от души поблагодарила она, за сообщение про её лорда, конечно.

На бумажку только глянула мельком.

Новостей от Законника, которые Мариса оплатила парой монет из своей «сокровищницы», пришлось подождать, но они оказались содержательнее.

– Сначала иди и сделай нам чай, девочка, потом поговорим, – велел старик.

Когда перед ними появились кружки горячего чая с травами – за домом Законника в бурьяне тоже нашлось, что положить в чай, – он заговорил:

– Лорда Монтери посадили за долги, ты уже знаешь, да? Такое со знатью тоже случается. Долг большой. Но там есть ценные бумаги, которые он отказался признавать. Утверждает, что подделка. Однако все колдуны, которые проверили документы, настаивают на подлинности. Хуже, что документы на запрещенную сделку. Мы с Джубараном вроде как в ссоре, любая торговля с ним запрещена, в том числе разные дела с его банками. А бумаги, что предъявили лорду Монтери – из Джубаранского банка. И на них его подпись. А это преступление уже ценят выше. Это уже – на усмотрение короля.

– И что за это бывает? – уточнила Марса.

– Да что угодно. От обстоятельств зависит, и от того, насколько сердит король. А он сердит на лорда Монтери, как видно. Дворянин ведь королю присягу приносит, отдаёт себя в его руки. А король за преступления судит. Так что даже казнить король может за что угодно. Если формально.

– На Ивина разве что граф Финерваут сердится. То есть ему есть, за что… – предположила Мариса и осеклась.

Вот именно! Граф Финерваут.

– Вот видишь. А король благоволит Финервауту, – согласился Законник. – Граф человек самолюбивый. Очень, поверь мне. Он не забывает и не прощает ничего, а обиды особенно, всегда заставляет расплатиться.

– Откуда вы знаете об этом, эсс? – удивилась она. – Я жила неподалёку, о графе Фино разное говорили.

– Я в своё время служил одному знатному лорду. Так что видел близко, знаю много, – старик усмехнулся.

– Но ведь лорда Ивина не казнят потому, что король захочет графу приятное сделать? – заволновалась Мариса.

– Вот не думаю, девочка. По носу нащёлкать гораздо приятнее. Растоптать, унизить, заставить жалеть, понимаешь? Намекают, что твоему Монтери даже долг простят, тот, что он не признал. Объявят несостоятельным должником. Долг ведь джубаранский, это тоже повод. Но дворянского звания лишат, поставят к позорному столбу и меч над ним сломают. И проговор уже написан, судье утвердить – формальность.