— Я рад, — чмокает меня в макушку вампир.

Ужинаем мы, наслаждаясь изысканными блюдами и слушая шепот волн. А после бредем по пляжу в сторону костров. Останавливаемся около одно из них, и меня никак не отпускает барабанный бой. Постепенно к нам присоединяются другие туристы. В какой-то момент появляются местные девушки и начинают танцевать под ритм тамтамов. Я будто впадаю в какой-то транс и сама не замечаю, как оказываюсь среди танцующих. Становится так легко и весело. Отпускают все тревоги и страхи. Прошлое становится неважным. Будущее видится ярким и манящим, а настоящее смотрит на меня серебристыми смеющимися глазами.

Когда я выныриваю из забытья, то не могу перестать улыбаться. Сама подставляю губы для поцелуя наполненного любовью и щемящей нежности.

Мы успеваем осмотреть все заведения бухты. Не так их и много, как казалось на первый взгляд. И уже возвращаясь обратно, я замечаю неприметную лавчонку вдали от яркого и шумного берега.

— Пойдем посмотрим, — тащу Рейгана за собой.

Лавочка и вправду выглядит иначе, чем те, что мы уже осматривали. Ничего нового я ней не вижу. Кругом развешаны такие же безделушки, что мы видели ранее. Но внезапно мой взгляд цепляется за подвеску в виде цветка и, когда я дотрагиваюсь до нее, она будто переливается золотом.

— Ан ти кве то ма ло най, — раздается рядом, и я вздрагиваю от неожиданности.

— Эме? — переспрашивает Рей.

— Эме.

— Что она сказала? — интересуюсь у вампира.

— Женщина говорит, что это золотой цветок — символ материнства.

— Глупости, — резко отдергиваю руку от манящего меня кулона.

— Ше ри за най. Да эй на тос, — этими словами женщина снимает подвеску и протягивает мне. — Нире.

Я растерянно смотрю на Рейгана, а он не спешит переводить. И все же я забираю у женщины цветок. Странно, но в моих руках он действительно переливается золотом. Или мне только кажется…

— Она говорит, что он также защищает мать и дитя. Бери, — говорит муж.

— Спасибо, — киваю женщине. Она слегка склоняет голову, улыбаясь.

— Анчо, — переводит муж и протягивает женщине деньги.

— Анчо, — благодарит она. — Госай ду. Энти ше най.

Рейган на мгновение хмурится, а потом под локоть уводит меня прочь.

— Что она сказала? — обеспокоенно спрашиваю у мужа. Перемена его настроения настораживает.