Рейган снова оказывается на спине. Перебрасываю ногу через его бедра, устраиваясь сверху. Влажными складочками трусь о твердую плоть, подводя себя к наслаждению, но не переступая черту. Муж не отводит от меня взгляда и кажется этим пробирается мне под кожу. Я склоняюсь к нему, чтобы снова и снова глубоко целовать его.

Когда мы оба готовы сорваться, я обхватываю член рукой и медленно опускаюсь на него. Пальцы Рейгана впиваются мне в бедра, и где-то на задворках сознания мелькает мысль, что скорей всего у меня снова останутся синяки. Но это неважно. Ничто не важно, когда я делаю первое плавное движение, потом еще и еще, ускоряясь, извиваясь на твердой длине. Ладонями муж обхватывает мои груди, до боли щиплет соски. Я слышу его хриплые стоны, сама чуть ли не плача при каждом толчке.

— Хочу крови, — проносится мысль в голове, но, наверное, я все-таки ее озвучиваю, потому что Рей вскидывает руку и полоска, набухающая алыми капельками, появляется на его груди. Не медлю, припадая к ней губами и продолжая покачивать бедрами. Вкус крови сводит с ума, затягивает в темную воронку наслаждения. Чистый экстаз!

И, лишь когда отрываюсь от мужа, осознаю, что уже лежу на спине, а Рейган, впившись мне в шею, вбивается в мое тело мощными толчками. Толчок, глоток, толчок… Его имя, слетающее с моих губ, когда меня накрывает оргазм. Рычание, в котором я слышу свое имя, когда Рей изливается в мое лоно.

Пытаюсь отдышаться. Рейган зализывает ранки на моей шее, что он оставил после укуса. Мы встречаемся взглядами, поедаем друг друга глазами. Блуждающие на наших губах улыбки лучше всего говорят о том удовольствии, что мы только что пережили.

А позже я абсолютно голая из последних сил бегу от мужа к бунгало, желая скрыться от его маниакального желания осмотреть мое тело на наличие следов его несдержанности. И попадаю в дом уже на плече вампира, который устраивает мне теплый душ и как маленькую укладывает спать.

Под тихий шелест волн, счастливая, в объятьях несносного властолюбивого заносчивого и порой просто невыносимого вампира, я забываюсь спокойным и безмятежным сном.

* * *

— Ше-е-ерри-и-и, просыпа-а-айся.

— Ма-а-ам, мне ко второй паре, — бубню я, покрепче обхватывая подушку.

— Бесстыдница, так меня точно никто не называл, — раздается над самым ухом глубокий мужской голос, который точно не может принадлежать моей маме.

С неохотой приоткрываю один глаз и вижу довольное лицо Рейгана. Закрываю глаза и чувствую, как меня тут же окутывает что-то мягкое и пуховое. И совсем не к месту чья-то ладонь скользит по моему бедру.