– Не знаю, о каких глупостях ты задумалась,
– Ты напрасно притащил с собой инкуба – он может меня учуять, – недовольно прошипел знакомый Элен женский голос, но она никак не могла вспомнить, кому он принадлежит. – А я не хочу афишировать нашу связь, я приличная женщина!
– Без Иного мы бы не проникли в дом и не сняли защитное плетение. Но не переживай за репутацию, зайка моя, никто не планирует оставлять копа в живых: он «героически погибнет, защищая своего мастера», – фыркнул Глосс.
– У демонов чуткий слух! – взвилась его невидимая собеседница.
– А у меня звукозаглушающий амулет. Слова не вышли за пределы этой комнаты и твоих ушек. Поцелуй своего котика: я отправляюсь убивать главного монстра. Ты же так мечтала сплясать на его могиле – я реализую эту мечту.
Глубокие тени в углу комнаты зашевелились, и в поток лунного света выступила высокая, грациозная женская фигура. В этот момент Элен узнала, кого Глосс именует «зайкой» и «цыпочкой»!
– Охотник на н
– Не тебе о том болтать, ничтожество, попусту облизывающееся на высшего инкуба! – прошипела Глория Вайт.
Глосс оторвал восторженный взор от красотки и потряс головой, пытаясь сбрось флёр её чар.
– Погоди, зайка, ты что –
– Она пытается нас рассорить, пупсик. Мы же столько времени вместе, а суккубы ни с кем не проводят больше одной ночи, ты же знаешь.
Демоница впилась в мужчину страстным поцелуем, и глаза охотника подёрнулись мутной плёнкой бездумного плотского вожделения. Глосс раскраснелся, позабыв обо всём на свете и бездумно стараясь утянуть суккуба на постель. Прекрасное лицо демоницы исказилось презрительной гримасой, не замеченной мужчиной, подпавшим под действие приворотных чар.
– Тебе пора на бой, пупсик, – с придыханием пропела Глория, отталкивая любовника и явно подкрепляя слова лёгким внушением. Осоловевший охотник согласно кивнул и покорно вышел из комнаты, а суккуб брезгливо утёрла губы и уставилась на пленницу.
– Трудно жевать протухшую котлетку? – насмешливо поинтересовалась Элен.