Задерживаю взгляд на спине Рэйвена, который по-прежнему стоит у окна, и листаю в самый конец летописи.

– О чём написано на этих страницах? – провожу подушечками пальцев по чёрным буквам, которые и буквы-то с трудом напоминают – больше какие-то древние языческие символы, и вновь смотрю на Рэйвена.

– Ну… – отвечает далеко не сразу, – в большей степени о том, какой я тупорылый идиот.

– Не думаю, что это новость, – переворачиваю следующую страницу и чувствую, как взгляд палача уже прожигает дыру в макушке.

– И как много раз ты умирал? Шесть? Это правда? – обвожу пальцем рисунок чёрной спирали закручивающейся внутрь и вспоминаю, как точно такой же символ горел на спине Рэйвена во время поглощения анафемы.

– Это одному Лимбу известно, – вновь отвечает спустя долгую паузу.

– И Блэйзу, – мрачно усмехаюсь, листая страницу за страницей.

Слышу неспешные шаги, и лицо Рэйвена оказывается перед моим.

– Нет, – качает головой, и губы кривятся в напряжённой улыбке. – Он не может этого знать. Потому что Я здесь гораааздо дольше его.

– Тогда как он узнал? Как вообще узнал о том… что ты такое?

– Проводники смерти много чего знают, – пристально смотрит мне в глаза. – Даже больше чем им положено.

– Но, разумеется, трепаться им нельзя.

– Я не ознакомлен с его контрактом. – Ну вот и язвить начинает.

– Ты и со своим-то как оказалось ни черта не ознакомлен.

Сжимает челюсти и молчит.

– Ну? – протягиваю Рэйвену летопись и, упираясь ладонями в пол позади себя, склоняю голову набок. – Давай, палач, я готова слушать. Что вы двое со мной сделали?

Молчание становится слишком долгим. Тишина невыносимой.

– Ответь мне.

– Я не уверен, – отводит взгляд, выпрямляется и вновь поворачивается ко мне спиной.

Вот это ответ.