Джасинда нахмурилась.
Они успели сделать всего лишь несколько шагов после того, как за ними закрылись двери, когда те снова распахнулись, и в помещение ворвалась пышущая гневом Кассандра.
— Скажи, что меня ввели в заблуждение! — потребовала она, обводя взглядом комнату, но, увидев Синди, немного расслабилась.
— Кассандра… — попытался успокоить супругу Уильям.
Та редко впадала в ярость, но когда это случалось, ее сложно было остановить.
— Я тебе не «Кассандра», Уильям! Лучше скажи, что эта женщина, — ее рука взметнулась в сторону Джасинды, — не уводила мою невестку за пределы дворца! И она не настолько глупа, чтобы ограничиться дворцовой стражей!
— Прошу прощения, — Джасинда почувствовала, как в ней закипает гнев. — И кто по-вашему здесь глуп, Ваше Королевское Величество?
— Ты! — Кассандра подскочила к более высокой Джасинде. — Как ты посмела вывести ее из дворца?! Как ты посмела сделать это без моего разрешения!
— Простите? — слова королевы еще больше разозлили Джасинду. — Я не знала, что Синди обязана согласовывать с вами каждый свой шаг!
— Ты понятия не имеешь, через что ей пришлось пройти! — возмущенно парировала Кассандра. — Она такая хрупкая!
— Хрупкая? — выдохнула Синди и, отодвинув потрясенную Джасинду в сторону, встала перед королевой, которая была гораздо выше ее. — Как ты смеешь говорить обо мне так, словно меня здесь нет, Кассандра?! Словно у меня нет права распоряжаться собственной жизнью!
— Подожди, Синди, — тон Кассандры сразу же стал умиротворяющим, и это еще больше разозлило ее.
— Может, ты и королева, Кассандра, но ты ничего не знаешь о том, через что мне пришлось пройти. И знаешь почему? — Синди не дала ей возможности ответить. — Потому что ты никогда не спрашивала! Ни разу не поинтересовалась! Ни один из вас! — она перевела взгляд на Верховного адмирала, который внимательно ее слушал. — Ты всегда расспрашивал других, но ни разу не спросил меня! Почему? Неужели я ничего для тебя не значу, так как не обучаю твоих людей? — ее взгляд вернулся к Кассандре. — Или потому, что я не такая «обучаемая», как Бретт? Может, всем было бы лучше, если бы я просто умерла?!
— Нет!! Боже, Синди! Нет!! Как ты вообще могла такое подумать? — лицо и голос Кассандры наполнились болью.
— Я увидела это в вашем поведении! Одна лишь Джасинда села и поговорила со мной! Она выслушала меня, задавая вопросы и относясь ко мне как к живому, дышащему существу. Человеку, имеющему свои мысли и чувства. А не того, за кем нужно бдительно присматривать, время от времени успокаивать, а затем, погладив по головке, отправлять восвояси! — Синди сердито смахнула бежавшие по щекам слезы и повернулась к стоявшей рядом Джасинде, что молча наблюдала за разворачивающейся драмой.