— У нас была охрана, Джотэм. С нами были двое стражников.

— Дворцовая стража, а не королевские гвардейцы!

— Какая разница? — удивилась она, приподняв бровь.

— Не прикидывайся дурочкой, Джасинда! Ты прекрасно знаешь, что королевские гвардейцы проходят спецподготовку по обороне и безопасности!

— Конечно, знаю! Моя дочь сейчас проходит спецкурс, чтобы стать одной из них. Но это вовсе не значит, что мне нужны гвардейцы, чтобы навестить сестру!

— Ты здесь! Со мной! Значит, они тебе необходимы!

— Джотэм… — она прижала ладонь к его щеке, надеясь, что это его успокоит. — Никто не знает, что я здесь. Тем более, что с тобой. Не было никакого риска ни для меня, ни для Синди.

— Ты не можешь знать наверняка!

— Джотэм…

— Я не потеряю тебя, Джасинда! Ни за что! Я просто не переживу этого! — он приподнял ее над полом и впился в ее губы страстным поцелуем.

Джасинда обвила руками его шею и растворилась в их поцелуе, полностью подчинившись ему, так как чувствовала, что ему это необходимо. Он должен был убедиться, что она снова рядом, целая и невредимая.

Прервав поцелуй и уткнувшись лицом в изгиб ее шеи, Джотэм крепко обнял ее.

— Предки, — прошептал он ей на ухо. — Никогда больше так со мной не поступай, Джасинда. Мое сердце этого не выдержит, — он поднял голову и встретился с ней взглядом, полностью открывая ей свои чувства. — Обещай, что отныне будешь брать с собой гвардейцев. Моих гвардейцев! Тех, кто понимает, насколько ты важна для меня.

— Джотэм, я рядом, — она поцеловала его в губы. — Я в безопасности, — она снова поцеловала его. — Я больше не стану подвергать себя опасности. Обещаю.

— Обещай, что всегда будешь брать с собой королевских гвардейцев, — упрямо потребовал он.

Стук в дверь помешал Джасинде ответить.

Джотэм медленно поставил ее на пол и направился к двери, чтобы открыть.

Повернувшись к нему спиной, Джасинда глубоко вздохнула и дрожащей рукой провела по волосам, убеждаясь, что они не растрепались. С самого утра было слишком много напряженных моментов, и ей требовалось немного времени, чтобы прийти в себя. Обернувшись, она увидела входящую в дверь Кассандру в сопровождении Уильяма и поняла, что передышки не будет. Расправив плечи, она приготовилась к тому, что будет дальше.

Кассандра, увидев, как напряглись плечи Джасинды, словно та готовилась к нападению, признала, что это ее вина. Именно ее пренебрежение во время первой трапезы создало эту ситуацию. Возможно, Джасинда ей не поверит, но для нее семья всегда была превыше всего, ее гордостью.

— Я знаю, что не имею права просить тебя об этом, особенно после того, как обошлась с тобой, но не могли бы мы сесть и поговорить? Насчет Синди… — Джасинда от неожиданности потеряла дар речи, а Кассандра восприняла ее молчание как отказ. — Пожалуйста, — взмолилась она.