— Не психуй! Потом на тебе потопчусь, когда сбежим от этих гигантских пчелок.

Климу же две стрелы попали в ногу, что автоматически превращало его из лошадки в наездника. А эльфу пришлось стоически вытерпеть тот факт, что его девушка бинтует другого мужчину, стоя перед ним на коленях. Судя потому, что в сумке у Гэллаис, кроме использованной на перевязки ткани, были еще какие–то порошки и пузырьки, если мы отсюда выберемся, — у нас появились маг–целитель и медсестра.

Главное, пока мы все были живы, благодаря щиту и троим мечникам, дерущимся против двух десятков эльфов.

Неожиданно Джиди, не выдержав, издала боевой клич, выхватила у одного из упавших меч и тоже ринулась на помощь. Я же едва успела поймать Ярима, стараясь не задеть забинтованные плечо и руку:

— Стоять, самоубийца! Тебе еще по нагу топтаться, забыл?

— И что, я должен спокойно смотреть, как моя девушка сражается? — злобно сверкнул на меня карими глазами гном, отчаянно вырываясь.

На это мне сказать было нечего, так что Ярим, подхватив еще одно валяющееся на земле оружие в левую руку, встал рядом с довольно ловко махающей мечом троллихой.

Мы же продолжали держать щит, прикрывая сражающихся, и упорно, шаг за шагом, ползли к границе леса. Нельзя сказать, что у меня уходили на это все силы, — я пока даже не вспотела от напряжения, но надолго растягивать это удовольствие не хотелось бы.

Число смертников оказалось в итоге конечным, даже с учетом того, что к ним несколько раз присоединялись свежие, причем настоящие умелые воины.

Очень сильно на пограничников повлияла речь Лаирасула, на которую он решился, обнаружив, что мы вроде как не то чтобы проигрываем, но уж точно не выигрываем. Ожидаемо, я не поняла ни слова, потому что говорилось все на эльфийском, но Рикиши перевел мне суть: «Я иду, чтобы честно заслужить нам место под солнцем Истейлии, а не получить его с помощью предательства, как мой отец!».

После этого резко сократилось количество сражающихся с нашими мечниками, и уменьшилось число стрел, пытающихся пробить щит. Воспользовавшись этой небольшой заминкой, мы быстро рванули в сторону границы, до которой от конца тропы было метров десять–пятнадцать, но добирались мы до нее уже вечность, точно!

Преследовать нас за границей Светлого Леса рискнули всего лишь семеро. Бхинатар, я и Шакрасис, вновь почти не обсуждая, перестроились из треугольника в линию, чтобы щит был уже не куполом, а высокой стеной, отделяющей нас от леса. Нибрас, Рикиши и Чхар дрались, охраняя Лаирасула и его невесту, которые почему–то и являлись целью этих семерых. Судя по белой с золотом одежде их предводителя, причина была семейная, но очень серьезная .