— Благодарю вас, Ваше Величество, — я снова сползла с кровати и в очередной раз изобразила поклон.

— Через неделю жду вас в этом же месте, — король тоже оторвался от кресла, небрежно кивнул мужчинам и удостоил меня легким и таким же небрежным поцелуем кончиков моих пальцев. — Утром.

И только когда за ним захлопнулась дверь, я вспомнила, что забыла потребовать снять с Бхинатара ментальный купол. Уже приготовилась кинуться следом, но тут у меня в голове раздался виноватый голос мужа:

— Госпожа?..

Обернувшись, я убедилась, что склероз только у меня, а вот король обо всем помнит.

— Как ты?! — я кинулась мужу на шею, заглянула ему в глаза…

— Простите, госпожа, я предал вас и…

— Ты не предал! Из тебя вытряхнул информацию более сильный маг. Так могло произойти с любым!

— Я не достоин вашего доверия, госпожа.

— Ты — идиот, ясно?! Ты нашел меня, помог сбежать. Если бы не ты, я бы не попала в сокровищницу и не нашла там лампу, — говоря все это, я продолжала требовательно смотреть Тару в глаза и, в конце концов, плюнув на присутствие Ормида, поцеловала мужа в уголок губ.

— Госпожа, я прошу вас принести меня в жертву Ллос.

— То есть ты меня все же не любишь? — я слезла с кровати, встала в позу «руки в боки» и, нахмурившись, уставилась на мужа, как на последнего предателя.

Тот сначала сник еще больше, потом едва слышно прошептал:

— Люблю.

И, набравшись храбрости, даже попытался возмутиться:

— Как вы могли такое подумать, госпожа?!

— А что я должна думать?! Ты даже не поинтересовался, как я себя чувствую, удалось ли мне достать лампу, не пострадала ли я при этом. Вместо того чтобы рассказать мне, в качестве компенсации за переживания о тебе, как себя чувствуешь, и что именно эта коронованная сволочь успела из тебя вытащить, ты тут страдаешь и несешь бред про жертвоприношения! — Если вся речь и была больше показательным выступлением, то вот на последнем слове передернуло меня по–настоящему.

Наверное, я еще не слишком сильна в психологии дроу, потому что все, что я с таким пылом наговорила, было расценено Таром лишь как дополнительные гвозди в крышку его гроба.

— Простите, госпожа.

Тогда я воспользовалась той, новой, проснувшейся внутри меня личностью. Наверное, она и раньше была во мне, только раньше ей было не для кого вырваться на волю. Но сейчас, убедившись, что обычные слова на Тара не действуют, я призвала ее на помощь.