Утром я выползла не выспавшаяся, голодная, злая… И если бы сейчас кто–то из двоих потенциальных смертников рискнул пикнуть о том, что он меня уступает сопернику как бессловесную вещь, или что его духовно–высокоморальное внутреннее наполнение возражает против многомужества, или что он слишком горд и крут для того, чтобы делиться любимой женщиной. Короче, если бы сейчас хоть один из двоих посмел бы начать озвучивать причину, почему я не могу стать счастливой обладательницей сразу двух любимых и любящих мужчин… на одного жреца в нашей команде стало бы меньше! И это было написано у меня на лице огромными светящимися буквами.

Поэтому, или по какой–то другой причине, но никто не сказал ни слова, кроме: «Вот ваш завтрак, леди!» и «Приятного аппетита, госпожа!».

Когда я допивала третью кружку чая, в большой комнате начали появляться остальные. Когда я закончила завтрак, рискнули появиться и джины.

Мы еще раз все обсудили, уточнили детали, распланировали действия каждого, в зависимости от ситуации. Потом, порывшись в своих запасах, я нашла ошейник, который покупала еще в Блингденстоуне для Рикиши. И, после недолгих уговоров, водрузила его на Ярима. Конечно, не считая самого факта, что это была точная имитация ошейника подчинения, у него был еще один минус, — снять эту штуку мог только тот, кто ее надел. Но зато был и плюс, — теперь у гнома был артефакт связи со мной. А если вдруг одинокий гном вызовет у кого–то подозрения, всегда можно предъявить ошейник и сослаться на строгую госпожу, которая сейчас придет.

Остающаяся в Джиннистане Джиди смотрела на это с явным осуждением, но помалкивала, откровенно дуясь на то, что ее не берут. Шакрасис тоже демонстративно почти после каждой фразы упоминал, что «конечно, нагам среди демонов не место». Но, на самом деле, все видели и чувствовали, что он очень обижен этим фактом.

Лишь эльфы и темные, и светлые, сидели со спокойными лицами, особенно Тар. Я уже начала привыкать, что чем невозмутимее муж внешне, тем сильнее бурлят эмоции у него внутри. Вот уж кто, на самом деле, был готов лететь вместе со мной хоть тушкой, хоть чучелом, хоть в ошейнике, хоть в наморднике. Но…

Но смысла, лететь во дворец всей командой, я не видела. Да, конечно, мы будем выделяться и привлекать внимание, но придумать легенду для четверых гораздо проще, чем для толпы вооруженных до зубов разношерстных личностей.

Я обняла всех остающихся по очереди, погладила Обби, недовольного тем, что его опять бросают на Чхара, и поцеловала Бхинатара. Прощание получилось скомканное, потому как недовольными, на самом деле, были все остающиеся. Джиди старалась не плакать, но выглядела ужасно расстроенной. Поэтому, чтобы не портить всем настроение, мы быстро вылетели на КийЛунь: я, Рикиши, Ормид, Нибрас, Ярим и Сохрэб.