– Я тебя умоляю. – Роберт пренебрежительно указал на помятое платье Дейзи и ее растрепанные волосы. – Ты всего лишь горничная. Что ты думала тебя ждет? Свадьба со мной?

Спотыкаясь, Дейзи побежала к лестнице, громко рыдая. Хлопнула входная дверь, и в доме воцарилась тишина.

Я вырвала руку из хватки Роберта. Что бы он ни сказал, это ничего не изменит. Между нами все кончено.

– Слушай, мне жаль, что ты обо всем узнала, – сказал он, скрестив руки на обнаженной груди.

На смену оцепенению пришел гнев. Он не чувствует себя виноватым из-за того, что переспал с ней. Ему жаль, что я об этом узнала.

Если бы не узнала, Роберт, вероятно, продолжал бы изменять мне даже после свадьбы.

Раздраженно вздохнув, Роберт ущипнул себя за переносицу и начал говорить со мной, как со слабоумной. Или как с ребенком, который еще ничего не знает об устройстве мире.

– Кейлин, ты должна понимать, у мужчин есть потребности…

– А у женщин их нет? – спросила я дрожащим от гнева голосом.

К черту мужчин и их дурацкие потребности! Роберт вполне способен сказать «нет», если бы захотел. Проблема в том, что он считает, будто вправе делать все то, что ему вздумается, и брать то, что хочется.

– Что, если бы я поступила так же? Что, если бы ты застал меня в постели с кем-то другим? Что тогда?

– Это не одно и то же, – процедил он.

– Ты прав. Не одно и то же. Меня заставили выйти замуж за Эдварда после того, как я поцеловалась с ним на балу. Ты можешь спать с кем попало без всяких последствий.

– Абсолютно верно, – сказал Роберт с усмешкой. – Могу.

Кто этот негодяй и что он сделал с человеком, которого я так долго любила? Существует ли вообще Роберт, которому я отдала свое сердце, или это всего лишь маска?

Я хочу, чтобы он ушел. Прочь из моей комнаты, из моей жизни, из моей головы и из моего сердца.

– Убирайся прочь из моей комнаты. – Я толкнула его в грудь, но он не сдвинулся с места.

Роберт шагнул вперед, толкая меня назад, пока мои коленки не ударились об изножье кровати.

– Это мой дом, и я могу делать здесь что мне, черт возьми, заблагорассудится.

Роберт опустил взгляд, глядя на мою вздымающуюся грудь, и на его губах появилась странная улыбка. От паники у меня перехватило дыхание.