Понять, что же именно, так и не сумела. Образы растворились в гаснущем сознании, и я сдалась, отпустила воспоминания. А на смену им пришли те, другие, которых никогда не существовало…

* * *

Густой туман окутал склоны Карпатских гор, укрыл долину, спрятав от луны и звезд расположившуюся в ней деревушку. Расползся по узким улочкам, облепил стены домов. И даже если бы какой житель Чахтице вдруг надумал выглянуть в окно в этот глухой час, не сумел бы различить ничего, кроме вязкого марева, захватившего в свой плен всю деревню.

Не заметил бы и стройную девичью фигуру, облаченную в длинную, до самых пят светлую сорочку. Босая, незнакомка шла по пустынным улицам, медленно перебирая ногами. Не дрожала от холода, не испытывала ничего. Во взгляде ее не отражалось даже тени эмоций. Губы – две тонких линии – кривились в некоем подобии улыбки. Пальцы сжимались в кулаки, а из рассеченной раны на шее, не переставая, сочилась кровь. Стекая по груди, капля за каплей падала на мостовую.

Туман преданно следовал за своей госпожой и, подобно ненависти, клубившейся в ее сердце, с каждой секундой становился плотнее и гуще. В то время как разум ведьмы постепенно прояснялся. Все тише звучали отголоски пережитых страданий, все отчетливее слышался голос в ее голове.

Голос, взывавший к возмездию.