– Ясмин чуть с ума не сошла, – с печалью в голосе рассказывал Этеле. – Не знаю, что бы с ней стало, если бы Крис не ожил. Да и ты нас очень напугала. Никак не хотела приходить в сознание. Зато теперь все позади, – оптимистично заключил венгр и, по-прежнему удерживая меня за руку, задумчиво провел большим пальцем по моей кисти. – Не будешь скучать по дару?
– Вот уж не думаю, – помотала головой и тут же зажмурилась: в виски словно колючки впились. – Этеле, – позвала тихонько, – а если они и сюда явятся? Не за мной, так за Крисом.
– Не рискнут.
Мне показалось, или по лицу венгра скользнула тень беспокойства? Этеле тут же подобрался, поджал губы, словно силился что-то сказать, но не находил в себе силы.
– Ты мне не все рассказал…
Ведьмак кивнул и как-то уж совсем обреченно проговорил:
– Цецилия здесь, – пауза. – Просила дать ей знать, когда ты очнешься.
Беспокойство Батори передалось и мне.
– И что ей от меня надо?
– Хотела поговорить.
– О даре? – Сев в кровати, вопросительно посмотрела на ведьмака.
Ответить Этеле не успел. Дверь приоткрылась, и в палату вошла элегантно одетая стройная женщина.
«Интересно, во сколько она родила Кристиана?» – мелькнула неуместная сейчас мысль. На вид Цецилии было не более тридцати. Идеальная светлая кожа даже без намека на морщинки, блестящие русые волосы, отливавшие рыжинцой, уложенные в аккуратную прическу. Легкий макияж и едва уловимый аромат духов, шлейфом тянувшийся за ведьмой.
Вот я и познакомилась с женщиной, подарившей жизнь самому главному моему кошмару. Надеюсь все-таки, Крис характером пошел не в мать. А еще отчаянно уповаю на то, что эта дама не в курсе, из-за кого он чуть не погиб.
– Оставь нас, – прозвучал приказ, и Этеле ничего не оставалось, как подчиниться.
От властных ноток в голосе чародейки захотелось натянуть одеяло до самой макушки. Но не уверена, что сей малодушный порыв избавил бы меня от ее присутствия. А потому, проводив Этеле взглядом и получив от него напоследок ободряющую улыбку, замерла, даже дыхание затаила, ожидая, когда же ее высочество изволит начать пытку под названием «Знакомство с очередной суперведьмой».
Опустившись в кресло, которое еще совсем недавно занимал мой друг, Цецилия закинул ногу на ногу и приступила к сеансу сканирования. Точно таким же взглядом частенько смотрел на меня Крис: долгим, навязчивым, прожигающим насквозь.
– Мой сын чуть не погиб из-за тебя.
А я-то надеялась, что все тайное останется тайным. Но, видно, не судьба.