Как стук сердца, который грозит вот-вот затихнуть навсегда.

Она звала его. Его. И в кислотно-изумрудных отблесках Седьмой принц увидел глаза своей аары. Глаза, которые стремительно закрывались, и дребезжание первой золотой Нити подсказывало, что закрывались они навсегда.

Незнакомый доселе ледяной ужас прошил позвоночник, холодным потом выступив на лбу. Айден зарычал, подняв огненный меч, раздобытый из собственного сознания и теперь являющийся по любому его зову, и вонзив его прямо в центр изумрудных искр, разрывая странный портал, появившийся перед ним безо всякой печати, без огненной эксплозии, которой пользовались все драконы… разве что кроме его брата. Сирглинариона Отравленного Сердца…

Но и об этой загадке сейчас думать было некогда. Он чувствовал, как чужое, самое дорогое во всем мире сердце вот-вот остановится, потому что его собственное начало биться медленней и тише. Словно считывая последние удары того – другого.

Он не имел права на ошибку. И не позволял себе думать, что ничего не получится. А потому, когда меч прошел насквозь через таинственный портал, открывая его и делая все шире и шире, Айден даже не удивился. Не стал узнавать, схлопнется ли колдовская дверь, если попробовать шагнуть в нее. Не оторвет ли ему руки и ноги, если попробовать воспользоваться переходом, который он не создавал.

Старая как мир техника безопасности при использовании высшей магии его больше не волновала. Он прыгнул в портал, даже не моргая. Лишь бы не выпускать хрупкого образа его Селины. Ее худенького лица, почему-то окаймленного таким же голодным желтым пламенем, что окружало и его самого. Ее глаз, которые уже потухли…

А затем его вдруг накрыл оглушительный рев огня и крики. Шелест черной магии и женский визг.

Он попал в тронный зал княжеского замка Шеллаэрде. У него получилось!

– Селина!!! – закричал он что было сил, боясь, что уже поздно. Всполохом света на своих огромных крыльях перелетев к ней через толпу вампиров и что-то возмущенно рычащего Кровавого князя. Схватил на руки падающую девушку, почти не чувствуя, как жгутся ее странные огненно-желтые крылья. Еще более странные, чем его собственные, похожие на красно-черную лаву.

Стоило прикоснуться к ее светлой коже, как он почувствовал чудовищную боль. Не его – ее боль. Понимание пришло резко и неожиданно: его самого никогда не жгло пламя, ведь он был драконом с самого рождения. А Селина… была человеком. Ей было невыносимо терпеть это ожившее колдовское инферно, она умирала от огня, который создала сама же. Его странная волшебная девочка из другого мира…