Расщелина тем временем, сделав крутой изгиб, вывела его к небольшой ровной каменистой площадке перед широким, но достаточно низким проемом, ведущим вглубь горы.

– Ух ты, вход в пещеру или лабиринт. Как интересно… – замерев на краю площадки, негромко пробормотал Гранд и тут совсем рядом с собой услышал то ли всхлип, то ли глухой стон.

Резко обернувшись, он увидел в глубокой и большой нише, справа от себя, привязанную к каменным полукруглым выступам, с выдолбленными отверстиями, очень красивую обнаженную девушку с кляпом во рту.

– Ничего себе, – удивленно выдохнул Гранд и шагнул к девушке.

Та подняла на него глаза полные слез и испуганно сжалась.

– Не бойся, не обижу, – ободряюще улыбнулся Гранд и, достав из-за пояса нож, перерезал веревки, стягивающие ее руки и щиколотки ног.

Как только ее руки оказались свободны, девушка, присев, вытащила изо рта кляп и стала растирать перетянутые веревкой запястья.

Гранд молча наблюдал за ней. Через некоторое время она подняла голову и, устремив на него молящий взгляд, тихо попросила:

– Убей меня, пожалуйста.

– Это еще зачем? – удивлению Гранда не было предела.

– Ты избавишь меня от мук и страха. Ждать смерти, к тому же такой, на которую меня обрекли, очень страшно.

– Еще одна… – Гранд раздраженно поморщился. – Неужели все девчонки такие трусихи? Еще ничего не случилось, а они уже сами умереть готовы лишь бы страха смерти не испытывать. Это ж надо быть такими бестолковыми… Вот с чего ты решила, что должна умереть от жажды и голода, если я тебя освободил?

– Я не от жажды и голода боюсь скончаться. Меня не для этого здесь привязали, – замотала головой девушка и ее длинные волнистые каштановые волосы мягкой волной колыхнулись над плечами. – Я жертва Стигону.

– Кому? – непонимающе переспросил Гранд.

– Стигону, – повторила девушка.

– Кто это?

– Мерзкое чудище, обитающее в этой пещере, – она указала на темнеющий проем.

– Уже больше не жертва, раз я освободил тебя, – усмехнулся Гранд.

– Если он не получит меня, он уничтожит весь мой народ… Поэтому лучше пусть он получит мой труп, я не посмею уйти отсюда и обречь на смерть всех…

– Ты считаешь, твой труп спасет твой род от уничтожения?