Морозец резким контрастом щипнул пылающую кожу щёк.

— Ридганда! Мы её нашли! — завидев меня, радостно завопил посыльный Вагана.

— Тина, я её нашёл! — одновременно с первым «докладчиком», поспешил сообщить Рон.

И тут я встала, как вкопанная. Лицо! Лицо девушки, которую я сбила — смуглая, но не до черноты кожа, лисьи глаза, широкие брови, волосы… Да хрен знает, что там за волосы — в платке она была… Салон красоты! Парики, которых просто не существует в этом мире! И последнее…

— Чьорт побьери… — повторила с детства знакомую фразу из «Бриллиантовой руки», — Ребята, вы все не правы. Это Я её нашла!

— Тина, что ты говоришь? — не расслышав моих слов, переспросил муж.

— Надо проверить! Надо срочно проверить! — шагая к своим, я лихорадочно соображала, как это сделать так, чтобы никого не напугать, чтобы никто не понял — ведь в магазине, кроме Мали (если это она), находилась хозяйка, ещё кто-то там… К тому же, думается, чрезвычайно удивлённые моим эксцентричным поведением. — Мираз!

— Что Мираз? — снова не понял Рон, — Я же говорю, нашлась твоя…

— Рон, дорогой мой, любимый муж, подожди совсем немножко, не задавай вопросов, мне нужно кое-что сделать, и я всё объясню.

Настрой у меня, очевидно, был такой «танковый», что супружник просто молча посторонился, пропуская к дверце кареты.

— Мираз. — открыв её, ещё раз позвала старика.

— Да, моя ридганда? — узкие глаза деда стали почти круглыми, то есть, европейскими.

— Пойдёмте, почтенный, вы мне сейчас очень нужны. — чуть ли не выдёргивая того из недр транспорта, помогла ему выбраться и потащила за собой.

— Как вы сказали? — мелко семеня рядом, неуверенно вопросил он, — А зачем?

— Для конспирации! — негромко, но экспрессивно прошипела скорее самой себе, плюнув на то, что спутник вряд ли догадывается о смысле этого слова, и добавила, — Доктор там человеку требуется.

Неслась я со скоростью испуганного джейрана, поэтому достойную речь сочинить не успела.

— И снова здравствуйте, — так и молвила озадаченным дамам и пододвинула вперёд совершенно ошалевшего деда, — Это мой личный доктор, ещё раз от всего сердца прошу прощения, наверное вам требуется медицинская помощь… — и, едва слыша собственное сердце, закончила фразу, — Мали?

— Ой, да что вы! — неуверенно махнула рукой девушка, как-то странно пристально разглядывая меня. — Пустяки, не стоило даже так волноваться…

А я вот что-то стояла и волновалась. Так волновалась, что до того едва дышавший «пламенный мотор» погнал по венам кровь с таким напором, что в ушах зазвенело. Значит, всё-таки Мали!

Старика я привела сюда специально, чтобы иметь возможность заговорить на инородном языке и не вызвать при этом ненужных подозрений у посторонних свидетелей. Мало ли, что я там болтаю своему иноземному спутнику — помощь пострадавшей прошу оказать. Под эту лавочку и попробовать подать знак для Малисат на нашем родном русском языке, как это произошло в своё время с Натальей. Других инструментов для достоверного «опознания» у нас просто не имелось. А мудрый преданный дед не подведёт — сообразит, подыграет и не выдаст — в этом я не сомневалась. Знаем мы этого Штирлица.