Повинившись, объяснил он.

– Я не понял…

Еще больше нахмурив брови, пробурчал Эдигус. Он хотел продолжить говорить, но Эгундур перебил его и заверещал.

– Нет! Брат! Я не хотел! Я не представлял, что такое могло случиться! Я не знаю, что на нее нашло!

Он очень испугался, что брат решит, что тот хотел его снова убить.

– Я не понял… почему на меня он не подействовал?

– Может потому, что твой организм столько лет боролся с ним, чтобы ты восстал?

Предложила Мэри.

– Нет. Я тогда специально использовал яд змеи…

С тяжелым сердцем произнес Эгундур.

– Видимо моя сила за эти годы борьбы за выживание изменилась. Теперь у меня иммунитет. Моя кровь – противоядие. Ведь ты – жив. Хотя чуть и не умер.

– Очень неприятное чувство.

Сказал Эгундур. Эдигус усмехнулся.

– И не говори.

В зале воцарилась тишина.

– Отец, так что мы будем делать с этой… ну этой…?

Вдруг спросила Наталинь. Эгундур внутри стал трястись. Он понимал, что Пию ожидала не хорошая участь. Но он все еще любил ее. Эдигус задумался.

– Сейчас она не очень разговорчива. Мэри, комната для допроса все еще сохранилась?

У Эгундура душа ушла в пятки.

– Да Эдигус. Я ее, правда, как дополнительный склад использую. Так что там места не так много. И стол для допроса я раскрутила и спрятала…