– Брат, скажи, что ты собираешься с ней сделать? Что я могу сделать, чтобы смягчить ее наказание? Я готов на все!

– Ты понимаешь, что бессилен. Поэтому и пьешь.

Грустно произнес Эдигус.

Эгундур вновь пригубил коньяк.

– И что мне делать?

– Не знаю. Ответь пока что на несколько моих вопросов, потом посмотрим.

Эгундур ничего не сказал и Эдигус, выдержав небольшую паузу, продолжил говорить.

– Мне не понятны некоторые вещи. Зачем ты носил с собой божественный яд, откуда он у тебя вообще появился? Я думал, заговор хранит его, как зеницу ока.

– Так и есть. Яд очень дорог. Мне его отдал отец, чтобы я убил нашу мать. Оттуда же и божественная сила. Я..

– Кстати, ты ведь ее для меня раздобыл? Отдай мне ее.

Вдруг резко перебил Эдигус. Эгундур встал и принес сосуд. Он находился в кармане его пальто.

– Ты ведь вроде был против того, чтобы использовать силу нашей матери?

Немного удивился Эгундур.

– Ситуация изменилась. К тому же пойми, тогда я только-только восстал. Мне было тяжело принять смерть матери. Особенно от твоей руки. Ты бы еще и отца убил.

Эгундур вздрогнул.

– Так значит, они тебе все же рассказали! Тогда чего лукавить? Да, этот яд был предназначен для Всевара. И я не знаю, как мы теперь воплотим наш план мести.

Эдигус нахмурил брови.

– Рассказали кто?

– Дети.

Недоумевая, ответил Эгундур.