В этом момент я поняла, что обречена. Никто не придет на помощь. Никто не сможет прорваться через эту бурю, даже Сейид. Ни корабль, ни дирижабль не выдержит ударов стихии. Только эта наполовину ржавая посудина каким-то диким образом стоит на месте, как вкопанная, и даже на сантиметр не сдвигается под ударами волн.

Магия… Или сила Безымянного?

Даже воздух стал густым и каким-то горьким. Тело начало зудеть, особенно сильно это чувствовалось на отмеченной знаком руке. В висках застучало, а на языке поселился металлический привкус.

Неожиданно сзади что-то грохнуло. Я обернулась и увидела, как из трюма вышла разъяренная Милли. Одной рукой она зажимала окровавленный нос, другой держала разорванную цепь, все еще пристегнутую к ноге, а в ее голубых глазах полыхала ненависть.

— О, а вот и ты, — глумливо ухмыльнулся Трехпалый. — Что, не по зубам оказалась тебе девчонка?

— Сейчас она у меня получит, — прогундосила блондинка и шагнула ко мне.

Я попятилась. Эта бешеная просто на меня набросится.

— Цыц, — холодно произнесла доктор Мадариш, вырисовывая знаки на ритуальном круге. — Угомонись, осталось совсем немного.

— Она сломала мне нос.

— А нечего было ушами хлопать, — прошипела я. — И как ты выбралась?

— Чувствуешь, как Его энергия разливается в воздухе? Она дала мне сил.

— Семь минут, — Сусанна Мадариш поднялась и отряхнула руки.

Я шагнула назад, потом еще и еще, пока не уперлась в ржавый борт. С ревом налетел ветер, а волна плеснула сзади, вымочив мне всю спину. Это корабль. Бежать здесь некуда. Меня все равно поймают. Даже выиграть время будет сложно, потому что чуждая сила давит со всех сторон, мешая дышать и заставляя колени подгибаться, и я даже десять метров не смогу пробежать. Если только…

Глянула вниз, за борт, туда, где сейчас бесились волны. Если я спрыгну, меня размажет о металл тонким слоем. Но тогда ритуал не состоится, потому что моя смерть в круге — ключевой элемент. Погибнуть ради общего блага?

Я сглотнула и поставила ногу на ограждение. Ну давай, Баринова. Всего пару секунд, и все закончится. И может умирать будет даже не слишком больно. Зато эти сектанты обломаются и им придется ждать еще сорок четыре года. А Сейид успеет их за это время поймать.

Сейид… Имя любимого мужчины ножом полоснуло по сердцу. Ведь ему будет плохо, если я погибну. Даже героически спасая Имирен. Но если я этого не сделаю, погибнут все. Так что мой дааштер поймет… Наверное поймет…

Но ведь не зря говорят, что адекватному человеку психологически тяжело причинить себе вред. Вот и у меня не получилось. Пока я так стояла и тормозила, не решаясь сделать шаг в воду, ко мне спокойно подошел Трехпалый и больно схватил за предплечье.