– Неизлечимо. В скрытом состоянии его очень сложно и дорого диагностировать. А в острую фазу оно вступает, когда женщина беременеет, и уже не оставляет ей шансов.

– Ого, – помрачнела я.

Неужели Хартингтон потерял не только жену, но и нерожденного ребенка?

– Это происходит примерно на четвертом-пятом месяце, когда у плода формируется собственная энергетическая оболочка. По какой-то причине это активирует скрытый в ауре матери дефект, и аура начинает разрушаться.

– Ничего себе…

– А почему ты интересуешься?

– Если кратко, жена Хартингтон умерла от этого синдрома. Приеду, расскажу все остальное.

Стоило мне только войти в номер, как меня встретил оборотень в облике волка. Встретил громким воем, скулежом и бешеными прыжками. Я откровенно растерялась от таких «собачьих» нежностей. За нами что, следят?

Заперев дверь, я сняла кардиган, бросая его на кресло и осмотрелась. Ничего подозрительного заметно не было. И артефакты от подслушивания вроде работали. Но раз оборотень волнуется, значит, что-то не так и нужно просто вести себя естественно. А Тагриан еще немного повыл, потом наконец обратился в человека.

– Все хорошо? – поинтересовалась я тихо.