– Не беспокойся, Ари! Я буду осторожен, – насмешливо отвечает юноша.

– Мы крадемся, стараясь не издавать ни звука, но это не поможет, потому что нас уже ждали и завязывается битва. Наш отряд немногочисленный и мы вынуждены отступать.

С замиранием сердца я слежу за тем, как гвардийцы разбивают маленький отряд и вынуждают их бежать. Аарон спотыкается и падает, кляня себя и не замечая нависшего над ним воина. В следующую минуту, между ними вырастает Грэг и гвардиец пронзает его грудь своим мечом.

Мои уши разрывает отчаянный крик капитана, который звучит и в видении, и прямо здесь, пузырь нисколько не заглушает его. Как выдержать все это, как помочь Аарону? Я пытаюсь передать ему часть своей силы, но это невозможно, воды Толлуса не пускают меня. Капитан все еще сидит на коленях и бормочет:

– Прости меня, Грэг. Прости…

Новое воспоминание врывается в сознание Аарона и отражается в его глазах, передавая нам изображение.

Капитан идет сквозь заросли и держит под уздцы Быструю, Кай шагает рядом. Это лес за пределами школы рекрутов, я хорошо знаю его. Аарон выходит из-за дерева и, услышав плеск воды, замирает.

– Похоже, она снова опередила нас, Кай. Искупаться нам придется в другой раз.

Лицо Аарона преображается прямо на глазах и, почувствовав его смущение, я поворачиваю голову обратно к сиянию.

– В озере плавает девушка, я не раз заставал ее здесь и никогда не нарушал ее уединения. Может дело в том, что я замешкался, и получилось так, что впервые увидел как она выходит из воды. Мне стало очень стыдно, но оторвать от нее глаз, я уже не смог.

Из озерной глади вышла девичья фигурка, и я узнала себя.

– Я смотрел как завороженный на ее гибкое тело, которое облепило мокрое белье. Она казалась мне такой маленькой, такой хрупкой. Увидев ее волосы, я сразу понял кто эта девушка. Белые пряди на черных волосах, подсказали, что это рекрут Аддарио, которая, уже продолжительное время, не дает мне спокойно спать. Я давно пытаюсь выяснить, что с ней произошло и как ее волосы сменили цвет. Тем временем, рекрут повернулась к солнцу и подставила лицо его лучам, они касались ее кожи, будто лаская. Неожиданно, она закрыла лицо руками и заплакала. Я ощутил укол вины в сердце и не мог больше наблюдать за ней.