Обедаем мы в кают-компании, а не в личной каюте адмирала и я снова ловлю на себе заинтересованные и даже оценивающие взгляды. Нет, не как мужчины смотрят на женщину, а как на что-то удивительно забавное.

Когда ещё и Лукас вдруг говорит, что он впечатлён моими талантами, я не выдерживаю и строго спрашиваю:

— Так, в чём дело?

Адмирал хмыкает и отвечает за всех драконов. И вроде бы его тон спокоен, но вот взгляд мечет гром и молнии.

— Дело в том, что я всегда пишу свои тренировки, чтобы после просмотреть, есть ли слабые стороны и какие удары мне нужно лучше отработать. Твоя тренировка была записана на камеру и кое-кто…

Адмирал бросает взгляд на Лукаса, и едва сдерживая гнев, договаривает:

— … решил продемонстрировать твой бой с грушей.

Я обвожу всю команду удивленным взглядом. Они что посмеяться надо мной решили?

— Но вы не думайте, док, что мы смеёмся или осуждаем… Мы просто… удивились, — говорит Нил с самым серьёзным видом.

— Вы лихо отделали грушу… — усмехается Лекс. — Наши женщины и в страшном сне не представили бы, что будут драться. Для этого есть мужчины.

Я сделала вид, что не услышала последнего замечания.

— У вас хороший удар левой, — улыбаясь, произносит Дойл. — А вот правая слабее… Я бы показал пару приёмов и…

— Я тебе сам с удовольствием покажу пару приёмов, — рычит на него адмирал.

Дойл тут же затыкается.

Лукас едва сдерживает смех.

Остальные драконы старательно делают вид, что их вообще здесь нет. Я хмыкаю и улыбаюсь. Кладу ладонь поверх ладони Рикарда, сжимаю и говорю ему:

— Знаешь, я с удовольствием получила бы от тебя урок по рукопашному бою. У вас сто процентов другой стиль боя и приёмы есть такие, какие нашим только сниться могут. Покажешь? Как-нибудь.

Он обречённо вздыхает и отвечает:

— Покажу. Как-нибудь.

Звучит так, что это «как-нибудь» растянется длиною в вечность. Ну и ладно, зато злиться перестал.