— Не веришь?

— Сомневаюсь. Эда… она была как лучик света. Такая яркая, солнечная. Она всегда улыбалась и дарила всем хорошее настроение. А еще ее глаза горели огнем. Ты не такая… твой огонь почти угас.

— Ты тоже мало похож на Айдара, которого я знала. Длинные волосы, борода, мускулатура. Но я все равно знаю, что это ты. Неужели ты не чувствуешь, как похожа наша магия? Как она тянется друг к другу, почуяв родную кровь?

— Чувствую, — скупо бросил Райго. — Но магию тоже можно обмануть.

— Хорошо, — покорно кивнула я, решив не спорить. — И как, по-твоему, я должна доказать наше родство?

— Сказать правду.

— Какую правду? — тут же насторожилась я.

— Которую скрываешь.

— Правду? — усмехнулась я, откидываясь на спинку стула. Мне стало и горько, и смешно одновременно. — Хорошо. Правда заключается в том, что я в бегах. Уже почти пять лет скрываюсь от того, кто сломал НАШИ с тобой жизни, уничтожил НАШУ семью. Верон Хогер. Сейчас он зовется герцогом Алртоном.

И снова никакой реакции. А ведь тут он просто обязан был вспомнить… но нет.

— Алртон… это герцогство на противоположной стороне леса, — задумчиво протянул Райго.

— Да. Наша родина. Мы там родились и прожили большую часть жизни.

Опять ничего.

Наверное, мне стоило смириться с тем, что все кончено. Айдар погиб пять лет назад, а это… это был Райго и у нас с ним не имелось ничего общего, даже воспоминаний. Разве что никому не нужное родство. И значит, мое решение не открывать правду до конца тоже было правильным. Теперь уже я сомневалась, что его обрадовало бы положение в обществе и те обязанности, которые непременно возникли бы, сообщи брат в герцогство о себе.

— И почему ты бежишь от него?

— После известия о вашей с отцом гибели мама слегла и сгорела за несколько недель. Мне было пятнадцать. Несовершеннолетняя девочка, оставшаяся без защиты. Моим опекуном стал дядя. Именно он… и продал меня герцогу.

— Что значит «продал»? — нахмурился он.

— Герцогу нужен мой дар. И меня ему отдали. А я сбежала. Дед помог. И теперь я скрываюсь по всему миру, как отъявленная нарушительница закона. А ты моя последняя надежда на спасение.

Райго молчал, ожидая продолжения.

— Ты мой старший брат, — терпеливо пояснила я. — Можешь стать моим опекуном и отменить решение дяди. Для этого даже не придется ждать моего совершеннолетия. Я понимаю, что мы теперь чужие, но прошу лишь об одном: возьми меня под опеку.