Подняв голову, краем сознания отметила, что я рядом с Риаганом совсем маленькая. Он был почти на две головы выше, имел широкие плечи и спину, внушающие ощущение безопасности и надёжности, крепкие сильные руки, умело обращающиеся с магией и оружием, придерживали бережно, осторожно, не вредя и не желая вредить.

И я всё же не смолчала.

— Не будет у нас с тобой дома на холме.

Риаган шумно судорожно выдохнул, но это было единственным проявлением секундной слабости.

— Будет дом, — произнёс он твёрдо и уверенно, заставляя и меня невольно уверовать в им сказанное, — и дом, и холм, и горы с лесами. Всё будет, Еся, всё, что пожелаешь, что захочешь, о чём помечтаешь. С тишиной и спокойствием до самой старости будет сложнее, у нас с тобой жизнь, полная не всегда приятных неожиданностей, но я через всё пройду, лишь бы видеть твою улыбку, слышать твой голос, вдыхать аромат твоих волос… лишь бы тебя касаться и пьянеть от одного твоего присутствия. Ты моя сила, Есения, мой талисман, мой оберег, моя вера, надежда и любовь.

Я верила. Слушала и верила каждому слову. Кто-то назовёт меня наивной и глупой, но я знала, что для Риагана всё это не пустые слова и обещания. Он уже разбирался с проблемами, уже спасал меня, уже делал больше, чем было ему по силам.

— Я люблю тебя, Еся, — сказал, как факт.

А я… я не смогла произнести ни звука, не смогла ответить, но у меня хватило сил приподняться на носочках и потянуться наверх, и когда Риаган подался навстречу, соскальзывая ладонями вниз по моим рукам и на талию, и наши губы встретились поцелуем, я сделала выдох.

У меня не было слов, чтобы ответ моему некроманту не казался глупым и натянутым. Но я была ведьмой и умела делиться своими эмоциями и ощущениями.

Вот я и поделилась.

Пустила его в цветущий благоухающий сад любви в моей душе, наполнила живительным теплом, пульсирующей силой, головокружительной свободой, покалывающим счастьем — всем тем, что появилось внутри меня с появлением Риагана в моей жизни.

Я не смогла сказать, но я сумела показать ему свою любовь.

И маг вздрогнул, отстранился, замер, глядя на меня с изумлением, неверием, потрясением и вместе с тем с надеждой, что крепла и усиливалась, превращаясь в веру, понимание и счастье. Вначале маленькое и несмелое, вспыхнувшее, как искорка, стремительно превращающаяся в огонёк, костёр, пожар… Радость, счастье, облегчение и снова радость, благодарность, лёгкость, успокоение… Эмоции сменялись на его лице, в его глазах, внутри него с такой скоростью, что я не успевала отслеживать, лишь отметила про себя, что Риаган не скрывал от меня ничего, ни искорки.