Трудно сказать.

До самого утра ко мне никто не заходил. Ни прислуга, ни уж тем более Адам. Да и с наступлением дня гостей не прибавилось. Я была одна в комнате, поглощённая в свои мрачные мысли.

Ровно до той поры, пока со стороны улицы из приоткрытой форточки не стали слышны чужие голоса и мягкий женский смех. Вначале я подумала, что мне показалось, потом я надеялась на то, чтобы мне показалось, но всё же поднялась на ноги и подошла к окну. Хотелось окончательно узнать, кому же принадлежит этот голос.

Аккуратно отодвинула в сторону край шторки, чтобы со стороны улицы было незаметно. И стоило мне посмотреть вниз, как перед глазами предстала весьма удивительная или, можно сказать, шокирующая картина. И нет, по сути, там не было ничего ужасающего. Скорее она поражала своим нереалистичным спокойствием.

Прямо под окнами особняка была небольшая поляна, покрытая густой зелёной травой. Я любила это место, так как периодически в хорошую погоду могла просто посидеть за чайным столиком и насладиться тишиной и покоем.

Так как раз стоял для меня специальный садовый круглый столик белого цвета и в тон ему несколько стульев с расписными спинками. Но сейчас за моим столиком сидела… Глория.

Глория, которая должна была покинуть особняк ещё прошлым вечером.

Но нет. Она сидела за столиком, попивала чай, прикусывая десертами, которые принесла прислуга герцога, а также с дружелюбной улыбкой беседовала с дворецким. При этом Арманд также улыбался девушке, поддерживая весьма приятную, на первый взгляд, беседу.

В стороне, но не слишком далеко, стояло три служанки, готовые в любой момент исполнить любой приказ девушки и помочь, если что-то случится. Это прямая обязанность прислуги, когда пьёт чай госпожа особняка, вот только сейчас за столом была Глория.

Глория…

Гостья, которой тут быть не должно.

Я ведь точно помню, что Адам попросил её уйти. Неужели он изменил своё решение? В любом случае, на ней вчерашнее платье, а значит, она к себе не возвращалась. Осталась в особняке, и сомневаюсь, что Адам не в курсе.

— Чего-нибудь ещё желаете? — услышала вопрос дворецкого.

— Нет-нет, благодарю, — ахнула девушка, мягко взмахнув рукой. — Вы так чудесно со всем справляетесь. Мне даже как-то неловко вас о чём-то просить.

— Ну что вы! Для нас это честь угодить столь милой леди, — поклонился Арманд, после чего сделал несколько шагов в сторону и покинул чайное место, приступая к своим делам.

Что происходит? Почему он так мил с ней? Да и остальные горничные вели себя так зачарованно перед Глорией. Словно они сами отчасти влюблены в девушку. Может, они знают что-то, чего не знаю я? За то время, пока я лежала тут, Адам понял, что неравнодушен к Глории или что ещё…