— Я не могу поверить… Вы прощаете мне поступок, за который я заслуживаю смерть? Ваше величество, вы — святой человек! — Лорд опустился на колени и подполз ближе к столу, где сидел Эдвард, — Я навеки ваш раб! Я буду молиться на вас до конца жизни! Молиться за то того, кто воскресил меня из мертвых! Да, так и есть! Я получил шанс еще на одну жизнь! Да хранит вас Бог! Вы — святой, и я навеки ваш раб! Я навеки ваш раб! — повторял он.

— Встань с колен, — сказал Эдвард, — В этой войне, длящейся несколько десятилетий, погибло много хороших людей. И все из-за того, что мы не могли остановиться. Жажда мести и ненависть затмили наши глаза. Я обещал отцу, что раз и навсегда положу конец вражде внутри страны, но там где нет места прощению и милосердию, невозможно жить в мире и согласии. Теперь Бог тебе судья, ступай!

Все удивились решению Короля, и как всегда, никто не возразил ему. Но вглядываясь в радостные лица лордов и придворных, присутствующих на суде, я увидела, что в этот раз голосование было по-настоящему единогласным.

Два дня тела убитых под крепостью Ерек воинов, привозили к южным стенам города Брутенберг, где все это время горели погребальные костры. Кого невозможно было опознать заворачивали в мешки и сжигали в общем костре.

Мы выдохнули с облегчение, когда узнали, что тело Рона нашли. Ингрид так переживала об этом, ведь некоторые так и не смогли проститься со своими мужьями. Повозку с покойным Лордом Вермонтом сопровождал целый отряд воинов. Его тело, завернули в белое знамя с эмблемой скалящегося волка и уложили на пышный ковер из красных цветов.

Все это время меня не покидала мысль, что стало с Гретой, после ее казни. Я спрашивала тех, кто привозил мертвых, не видели ли они тело молодой девушки. Но все отвечали, что среди мертвых, женщины не попадались. Один мужчина сказал, что возможно, кого я искала, предали огню в Гритенбурге.

“Бедная Грета, — думала я, — как жаль, что я не успела с тобой попрощаться.»

Жены оплакивали своих погибших мужей. Среди них я увидела трех дам с побрякушками. Но в этот раз они были одеты скромно — в черные траурные наряды. Каждая стояла напротив костра своего мужа.

Костер Лорда Вермонта на фоне остальных выделялся своим размером. Солнце уже скрылось за горами, но жар от пламени нагревал воздух вокруг, сильнее чем полуденное солнце. Эдвард выступил перед всеми с речью:

— Сегодня мы прощаемся с настоящими героями! Их имена навсегда останутся в нашей памяти и будут выгравированы на этой городской стене, чтобы потомки знали своих героев! Их прах будет развеян над Долиной в Храме Солнца, что на Сакральной горе! Пусть их души обретут спокойствие, а мы сохраним то за, что они отдали свою жизнь! Я говорю о долгожданном мире в нашем государстве!