Король взял планшетное стекло и без особых сложностей в пользовании, начал листать последние веяния в моде стрижек.

Аттика зашла как раз в этот момент.

В секунду оценив ситуацию, она уже решила вытащить отсюда обезумевшего повелителя гор не ради мэра Хатса, а ради бедолаг, оказавшихся в салоне и напуганных до полусмерти.

— Нас вообще-то ждут, — начала она с малого и как можно более спокойным и тихим голосом.

Мало ли. Может, король-полукровка страдает склерозом.

«Или просто маразмом», — зло подумала она про себя.

Правитель дварфов придавил её тяжёлым взглядом чёрных глаз.

— Подождут, — коротко ответил он и, посмотрев на застывшего у себя за спиной мастера в зеркало, указал пальцем на стекло-планшет с образом, на котором остановился. — Это.

И снял корону, легко держа живую лаву в руках. Отвернувшись от Атти.

Не то, чтобы её это задело. Просто как-то…

Она подошла ближе и встала перед Любимым сыночком Богини, почти закрывая ему вид на себя любимого в зеркале.

Если честно, она не знала, что сказать такого, чтобы не поносить его на чём свет стоит и не плеваться ядовитой слюной.

Аттика была в бешенстве.

Он перевёл на неё ленивый королевский взор. Смотря как на дитя малое.

— Ты теперь королева дварфов, — произнёс он. — А этот Хатс хотел тебя уничтожить. Пусть ждёт.

— Так ты специально тянешь время? — предположила Атти. — Хочешь указать Хатсу на его место?

— Нет, — ответил король, опять отвернувшись и сосредоточившись на своём отражении. — В первую очередь я просто решил сменить имидж. А я всегда делаю то, что хочу. Мне ещё долго ждать? — спросил он у застывшего мастера совершенно ледяным тоном, от которого едва не кровь в жилах стыла.

Тот дрожащими руками принялся за дело.

Атти развернулась и вышла из помещения, раздражённо привалившись спиной к его стене и возмущённо сопя.

Она глядела на машину с по-прежнему открытой дверцей и думала о том, что надо сесть в неё и рвануть на переговоры без грёбаного самовлюблённого хренокороля гор.