Ламиара в очередной раз поморщилась от неприятных воспоминаний. И невесело усмехнулась:

— Он сам испугался, когда понял, что натворил. Это ведь даже не был конец учебного года. Прошло меньше половины второго курса, а я уже инициирована, словно замужняя высшая... Легус прикрывал меня перед преподавателями на практиках. Опасаясь огласки после выпуска, разрешил прилететь в Белый Мир лишь для получения браслета и вынудил вернуться в академию. Моим родителям наврал, что я незаменимый специалист, а я со всеми его словами соглашалась. И рада была бы вернуться домой, сбежать, сообщить в СКД, попросить помощи... Хотела — и не могла. Избавиться от влияния было невозможно...

Она замолчала, глядя на девушку, которая слушала серьёзно, а на последних словах едва заметно улыбнулась.

Теперь Фрае стало проще помогать — информации более чем достаточно, да и завязана она на низменных инстинктах... Этого хватило, чтобы нащупать и разорвать все возможные ниточки блокировок и запретов. Радужки Фраи ослепительно сверкнули, осветив несчастную пострадавшую и вынуждая отпрянуть.

Глаза наставницы тоже вспыхнули ответным свечением — организм инстинктивно попытался отторгнуть проникшую в мозг энергию чужого биополя. Высшие не ощущают сути намерений внушающих.

— Неужели ты действительно настолько сильнее его? — потрясённо выдохнула Ламиара. И прошептала: — Белый Мир! Я что, свободна? Нет... Да?..

Своему успеху Фрая не удивилась. Она накануне тренировалась внушать своей прислуге, той самой пожилой женщине, которая нанялась на службу. Её ситуация в принципе оказалась сходной с той, в которую попала Ламиара. Единственная разница, что в зависимость от владельца поместья она попала после смерти своего мужа, а распутный высший не отказался от любовницы. Сбежать ей удалось случайно. В городе она всё время боялась, что он её найдёт и вернёт. Обращаться в СКД опасалась, вот и предпочла более надёжный способ — получить покровительство более сильной династии.

Для Фраи оказалось несложным избавить женщину от блокировок и ограничений, поставленных бывшим хозяином. Как и Ламиару.

Наставница схватилась за голову, прислушиваясь к своим ощущениям. Принуждение Легуса исчезло неожиданно, и осознавать это было жутко. Вот только радость Ламиары очень быстро сменилась унынием. Женщина оценила открывшиеся перспективы негативно:

— Он не простит. Когда вернётся, обновит внушение. Зря ты, Фрая, это затеяла. Я за тебя боюсь, девочка, ты же пострадаешь. В одиночку тебе с ним не справиться.

А я тебе не помощник, пока Легус мой начальник и имеет право мне приказывать.