Теперь они учатся в академии Межмирья, но лишь один год. Инициацию и практику внушения проходят в Чёрном Мире, получая временное разрешение на жительство. И по окончании обучения обязаны либо заключить брак с низшим и остаться в Чёрном Мире, либо отказаться от подобного союза и вернуться в Белый Мир или Межмирье.

Унижение и использование низших прекратилось, но до окончательного единения Миров ещё далеко. Последнее время мне кажется, что эта идея утопична. Невозможно избежать разногласий даже в обществе, где все одинаковы, а уж в нашем мире, где высшие имеют способности к внушению и подчинению, отсутствие конфликтов вообще недостижимо. Мы должны жить, учитывая все риски и проблемные моменты. Объективно стало лучше, чем было. А чтобы не стало хуже, пусть приложат усилия наши потомки.

— Мама! — требовательно позвал звонкий девичий голос в коридоре за дверью. Фрая, которая как раз дописала последнюю строчку, крикнула в ответ:

— Иду!

Отложила ручку, закрыла дневник, погладила скелетика на выцветшей до бледно-голубого цвета обложке. Спрятала семейную реликвию в ящик стола — всё тот же, когда-то принадлежавший её деду. Желая сохранить память о предках, она ничего не меняла в городских апартаментах.

Осталась той же и прислуга, у которой отношение к семье светлейших не изменилось. Все испытывали искреннее уважение — что к облечённой властью хозяйке дома, что к ничуть не менее статусному мужчине, который являлся её супругом. А уж что касается родившихся и повзрослевших на глазах детей, так тут вообще доходило до обожания. Им прощали все шалости.

Именно их и холили, и лелеяли, и не заметили, как малыши превратились во второкурсников академии Межмирья. Осталось совсем немного, и они станут совершеннолетними, получив заветные браслеты. А для этого должны будут освоить практический курс в филиале академии, открытом в Чёрном Мире.

Спустившись в столовую, Фрая застала семью за накрытым столом. Салфир терпеливо ждал жену, сложив руки на груди поверх наглухо застёгнутой белой рубашки. А вот дети не желали тратить время попусту и активно уплетали рагу из овощей и мяса репела. Ели они абсолютно синхронно и внешне были очень похожи. В детстве даже трудно было сказать, кто из них кто. Хоть и не были они близнецами, а различить двойняшек удавалось только близким или если одежда и причёски соответствовали их полу.

Сейчас они оба надели брючные дорожные костюмы, но дети повзрослели, и вряд ли кто-то смог бы перепутать худенькую фигуристую девушку с плечистым парнем.

— И куда вы так торопитесь? — риторически поинтересовалась Фрая, прекрасно зная причину. Подошла к мужу, который потянулся к ней, чтобы поцеловать, и опустилась на соседний с ним стул.