Маленькая девочка внутри ее сердца приоткрыла дверь и робко высунула носик наружу. Она пока опасалась показываться полностью, но уже с любопытством осматривалась по сторонам. Много ли нужно ребёнку, чтобы поверить в чью-то доброту? Лия понимала, что среди той мешанины эмоций есть благодарность за всё то, что для неё сделали. Там же есть и уважение к обоим мужчинам. И влечение, что уж греха таить. Не такое, как в женских романах, когда ноги подкашиваются и героиня бежит за мужиком, теряя панталоны. Но, положа руку на сердце, в реальной жизни она никогда не сталкивалась с тем, чтобы женщина теряла разум от желания близости. Если только речь не шла о приворотном зелье, но это уже совсем другая история. Она же точно не теряла головы от чувств. И всё же внутри было как-то неприятно и тоскливо…

В этом вся суть противоречивой ведьмовской натуры: вбить себе что-то в голову и упрямо тащиться к поставленной цели, какой бы абсурдной она ни была. Лия утешала себя тем, что тот, кто действительно любит, найдёт её даже на другом конце империи. И не важно, что внутри всё скручивало от странной, болезненной привязанности. Почему-то оставлять письмо для Кристофера было проще. Может, потому что его не было в здании в тот момент, и она просто отдала письмо в чужие руки? Она как бы оправдывала себя, что возможности передать послание лично не представилось. Лия не могла сказать наверняка, так ли это.

В спальне Аргуса всё было так же, как она запомнила. Идеально заправленная кровать. Порядок на рабочем столе разбавлялся её портретом — пластину сосед всё же забрал себе, несмотря на возмущения Кристофера. Минимум вещей и приоткрытое окно. С улицы доносились отголоски шума. Люди всё ещё опасались гулять по ночам, но чувствовалось, что атмосфера в Оверидже заметно улучшилась.

Лия прошла к столу, аккуратно проводя ладонью по печатной машинке. Рядом ровной стопкой лежали чистые листы. Порядок в доме Аргуса был поистине пугающим. Ей до такого, как Темнейшему до чертогов Пресветлой…

Лия открыла нижний ящик стола, рассудив, что им пользуются реже всего, и задумчиво уставилась на стопку листов. Эти были исписаны, если можно так назвать напечатанный текст. Она бы ни в коем случае не притронулась к чужим записям, если бы не зацепилась за название.

«Элджерон и призрак зазеркалья»

Вот только в серии романов про Элджерона такой книги не было… Трясущимися руками она достала из ящика рукопись. В это просто не верилось. На рукописи значилось имя Рауль Кегманс, но общеизвестно, что это лишь псевдоним. Никто не знает, кто скрывается под вымышленным именем… Или…