– Догадываюсь, почему не помнишь, – его взгляд отпустил глаза Марты и скользнул выше, упершись в ее лоб.

Ей стало немного не по себе. Что он там, у нее на лбу, разглядел такого особенного? Рука Марты сама потянулась к голове и тут же нащупала тонкий эластичный обруч. Настолько мягкий, что до этого момента она даже и не ощущала его. Неужели дело действительно в этой чертовой штуковине и, если ее снять, в голове сразу же прояснится? Марта попыталась немедленно избавиться от обруча, но не тут-то было – он словно приклеился к коже. Не получалось не то что снять, а хотя бы на миллиметр сдвинуть его или повернуть. Но как-то же Бабай избавил Марту от похожей штуковины, которая обхватывала щиколотку?

– Помогите, Ваша Светлость, – Марте не удалось скрыть ноток возмущения.

Если он считает, что именно обруч туманит ей голову, почему не снимет его. Чутье подсказывало, что он знает, как это сделать.

– Не нужно, – мужская рука мягко, но уверено пресекла безуспешные попытки избавиться от обруча. – Пусть пока будет. Так безопаснее. Тебя разыскивает тайная канцелярия Его Величества. А Сталовы Путы собьют их со следа.

Сталовы Путы? Так называются эти ножные браслеты, которые сковывают тело, и обруч на голове, который сковывает мысли?

– Как только мы отъедем на безопасное расстояние, я сниму их с тебя.

Звучало, конечно, обнадеживающе, но вообще-то, по правде сказать, с каждым словом Его Светлости мысли Марты становились все более запутанными. Почему ее разыскивает тайная канцелярия короля? Что она натворила? И почему Светлость взялся защитить ее от королевских ищеек? Ведь не просто так? Что-то этому мрачному красавцу от Марты нужно. Может, преследование тайной канцелярии – это еще цветочки по сравнению с тем, что готовит для Марты Его Светлость? Эх, как трудно что-то понять, когда в голове туман и почти ничего не помнишь о последних месяцах жизни.

– Куда вы хотите отвезти меня?

– По дороге поговорим. Нам надо спешить, – он потянулся к ее руке и начал аккуратно опускать закатанный рукав блузы. – Ты помечена, – указал Его Светлость взглядом на зигзагообразный шрам, – не показывай никому.

Марта следила за движениями его сильных ловких пальцев как завороженная. Эти крепкие мужественные руки с выступающими венами, с бронзовой от загара кожей… она их когда-то уже видела. Марта пыталась ухватиться за воспоминание, раскрутить его, но ничего не получалось.

– Как вас зовут?

– Не помнишь даже этого? – синие глаза кольнули насмешкой. – Генрих, герцог Сувельский.

Что ему показалось смешным? Наверно, он настолько знаменит, что все должны узнавать его в лицо? Вот с этим-то как раз и проблема. Марта не помнила его лица. И имя, кстати, тоже ничего не всколыхнуло в ее памяти.